Книга Слова Королей и Пророков, страница 91 – Шона Лоулес

— И что бы мы без тебя делали, брат Колмон? – Аббат Франциск хлопнул в ладоши, а остальные монахи, зашедшие в церковь, одобрительно мне улыбнулись.

Некоторые послушники помоложе смотрели на меня разинув рот и по-прежнему боялись перемолвиться со мной хоть словечком. Я привык, что смертные встречали меня именно такими взглядами, но на Оке Эрин я выделялся не из-за цвета кожи, ведь среди христианских монахов часто встречались люди из всех уголков мира. Среди послушников были выходцы из Фатимидского халифата, стран Великого шелкового пути, Священной Римской империи и Иберийского полуострова. Некоторые родились в лоне церкви, некоторые обрели христианскую веру позже; встречались среди монахов и освобожденные рабы, которым не удалось вернуться домой. Мне нравилось, что моя черная кожа здесь никого не удивляла. Давным-давно у ирландских жителей тоже была темная кожа, но затем на острове похолодало, солнце уже не грело так сильно, и чем больше времени они проводили в четырех стенах, тем больше бледнели их тела – по крайней мере, так рассказывал мне дед.

— Как думаете, крест понравится королю Ситрику? – спросил аббата брат Адоннон.

— О да. Сегодня я надеюсь снова обсудить с ним обращение в истинную веру.

— Вы считаете, что у него искренние намерения? – спросил я, стараясь скрыть нотки недоверия. Разумеется, намерения Ситрика отнюдь не были искренними. Я осознал это сразу же, как прибыл на остров, но монах ни на мгновение не сомневался, что сумеет указать молодому королю путь к Иисусу.

— Отчего бы и нет? – отозвался аббат. – Он женат на христианке, а его отец и брат приняли крещение незадолго до смерти. Ситрик Шелкобородый становится старше с каждым годом. – Франциск постучал пальцем по носу. – Скоро он позабудет обо всем этом безрассудстве вроде развлечения богов. Теперь у него на уме будет лишь загробная жизнь, которая доступна только детям Божиим.

Он набожно улыбнулся и похлопал меня по ладони, и я осознал, что ничем не выразил своего согласия.

— Не теряй веру, брат Колмон. Продолжай верить.

У меня уже давно не было никакой веры – по крайней мере, точно не в их Бога. Впрочем, я не веровал и в ирландских богов – наших предков, которые покинули нас давным-давно. Сейчас был лишь один человек, на которого я уповал. Кербал уже должен был явиться в Дублин. Чтобы я успел навестить Фоулу и побыть с ней до весеннего собрания, ему нужно было поторопиться.

«Фоула в опасности, Колмон. Ей угрожаешь ты сам и наши сородичи».

Аббат откашлялся, по-прежнему не сводя с меня взгляда, и его улыбка дрогнула.

— Моя вера сильна, аббат Франциск. Я убежден, что восстановление монастыря увенчается успехом, и король Ситрик тоже обязательно это поймет.

— Благодарю тебя за эти слова. – Аббат вновь засиял. – Сегодня я отправляюсь в Дублин помолиться с королевой Слойне. С нами будет король Ситрик, и это превосходная возможность научить его Слову Божию. Я бы хотел, чтобы и ты отправился со мной в дублинские чертоги.

Значит, при всей своей вере он все же не желал путешествовать в город в одиночку. Что ж, я его за это не винил и отнюдь не считал трусом. Пусть даже викинги прекратили устраивать набеги и начали подумывать о союзах и мире с ирландцами, совсем недавно они убивали и калечили соседей по любой прихоти. Некоторые молодые обитатели нашего монастыря успели побывать у них в услужении и бывших хозяев вспоминали без единого доброго слова. К счастью, аббат Франциск позволял им оставаться на острове, когда отправлялся в Дублин.