Книга Запретная королева, страница 206 – Анна О’Брайен

Наступила короткая пауза.

— Посмотрите на меня, Екатерина. И ответьте мне.

— Я…

— Миледи?

Перед нами стоял незаметно подошедший отец Бенедикт; он в замешательстве переводил глаза с меня на Оуэна и обратно.

— Что-то случилось? – Его взгляд остановился на моих залитых слезами щеках.

— Нет, отче.

— Вас что-то гложет, вы чем-то озабочены, дочь моя? – нахмурился он.

— Нет, отче, ничего такого, если не считать досадного вопроса о расходах на празднование Дня святой Уинифрид. Господин Оуэн как раз напомнил мне об этом.

— Деньги! У всех огорчений одна и та же причина. Но я уверен, что господин Оуэн решит эту проблему. Потому что он решает все наши проблемы. – Успокоенный, священник с улыбкой перекрестил нас и, благословив, удалился.

— Вам не кажется, что это знамение? – в замешательстве спросила я. – Ведь отец Бенедикт благословил нас обоих.

— Он бы ни за что не сделал этого, если бы знал, что у меня на уме, – ответил Оуэн; в его глазах, похожих на темный бархат, снова появился огонь желания, который невозможно было ни с чем перепутать. – Я жажду вас, Екатерина. Даже во сне.

— И меня влечет к вам, – призналась я. Я хотела вытереть слезы со щек, но задела ранку и вскрикнула от боли. – Мне не следовало плакать.

— Вы прекрасны, даже когда плачете.

— Вы тоже прекрасны.

Оуэн Тюдор рассмеялся и протянул мне руки.

— А еще я очень практичен, как верно заметил ваш духовник. Я организую День святой Уинифред и найду на это деньги. Вы позволите мне заодно решать и ваши личные проблемы? И подарить вам счастье?

Он улыбался и, казалось, говорил шутливо, но я понимала, что этот миг будет иметь огромные последствия. От того, какое решение я сейчас приму, зависит, по какой дороге я пойду в дальнейшем. Сможет ли Оуэн Тюдор придать мне сил и дерзкой храбрости, чтобы удержать в руках счастье, которое он мне предлагал? Если я сделаю этот шаг, возможности отступить уже не будет, однако на этом пути я буду не одна. Я внимательно посмотрела на протянутые ко мне руки: эти широкие мужские ладони с длинными крепкими пальцами показались мне в высшей степени убедительными.

Я закрыла глаза, позволив своему сердцу и сознанию погрузиться в созерцательную тишину, наполнившую меня великим покоем. И я приняла решение.

— Да. О да!

Оставив в покое молитвенник, я взяла Оуэна за руки. Его теплые ладони крепко сжали мои пальцы, как будто он решил больше никогда меня не отпускать.

— Я хочу быть с вами, Оуэн Тюдор.

— Значит, так и будет, – пообещал он. – Мы с вами будем вместе. Вы навек станете моей возлюбленной. Здесь и сейчас я даю торжественную клятву, что никогда, до самой могилы, не позволю нас разлучить.

И здесь, в этом святом месте, где в воздухе еще витало благословение отца Бенедикта, сомнения оставили меня. Я крепко схватилась за руки Оуэна, а он притянул меня к себе и нежно коснулся губами оцарапанной щеки.

— О, простите меня, простите, – пробормотал он.

— Уже простила, – шепнула я в ответ. – Я готова идти за вами, Оуэн Тюдор, хоть на край земли.

— А я буду охранять и защищать вас.

Я на миг прильнула к нему, положив голову ему на грудь.

— Но если для этого мне нужно обнажить перед вами свою душу, я должна признаться еще в одном грехе.

— Еще в одном? Да сколько же грехов могла совершить эта прекрасная Екатерина?