Книга Сумерки Баригора, страница 146 – Софья Соломонова

Все собравшиеся тут же подхватили молитву, и вскоре зал наполнился громогласным многоголосием, звучащим подобно шелесту листвы или шуму воды. Лишь Матиас молчал и широко раскрытыми глазами наблюдал за происходящим. Такую версию погребальной песни не исполнял больше никто в Баригоре, и уж тем более нигде ее не пели в честь живого человека.

Когда песнь закончилась, Айя дала вибрации звука, отражающегося от стен помещения, сойти на нет и обратилась к своим братьям и сестрам:

— Теперь я ваша настоятельница! Принимаете ли вы меня?

— Да! – отозвалась толпа.

— Согласно нашему обычаю, несогласные могут принять покой или вызвать меня на поединок до первой крови. Есть ли желающие?

Ответом ей было молчание.

— Прекрасно! Тогда у меня для вас отличная новость, братья и сестры: у нас есть новое послушание!

Люди зашептались, заинтересованные и взволнованные, а Айя продолжила:

— Принц Регин поручил нам важнейшую миссию: освободить Десницу из плена слуг Кавица! Те из вас, кто сомневается в правдивости моих слов, смогут убедиться в их истинности самостоятельно, взяв это послушание.

Те, кто голосовал против Айи, с энтузиазмом закивали.

— Я лично отправлюсь исполнять это послушание, чтобы доказать вам всем, что оно угодно Алору.

По какой-то причине это заявление еще больше подогрело энтузиазм членов Ордена. Создавалось ощущение, что они готовы отправиться на задание немедленно.

— Сегодня был непростой день, братья и сестры, но завтра я выберу тех из вас, кто отправится в Лориц, и третьего дня на рассвете мы выступим в столицу. Готовьтесь тщательно. Северяне сильны и владеют темной древней магией, это послушание не будет простым, но оно прославит в веках нас всех: и тех, кто вернется, и тех, кто падет!

Айя сжала в руке висящий у нее на шее метательный нож и вскинула его вверх. Многие убийцы так же вскинули вверх руки, выражая поддержку своему новому лидеру. Некоторые подошли к Айе, чтобы выразить солидарность или попроситься в отряд, отправляющийся на спасение Десницы.

В целом, несмотря на произошедшее, никто не демонстрировал недовольства сменой настоятеля, и даже те, кто голосовал за Коршуна, оставались невозмутимы. Устав вколачивался в убийц Ордена с самых первых дней, и никто из них и помыслить не мог о том, чтобы пойти против него. С теми, кто мог, Орден разбирался гораздо раньше.

Когда все начали расходиться, Матиас на костылях подковылял к Айе. Священник все еще выглядел шокированным.

— Это… совсем не то, чего я ожидал, – пробормотал он, глядя куда-то в сторону.

Айя только усмехнулась:

— Вы думали, мы устроим поединок до смерти или что-то такое, святой отец?

— Честно говоря, да. – Матиас неловко улыбнулся.

— Мы же не варвары какие! – Айя изобразила обиду. – Это монастырь, здесь запрещено проливать кровь.

— Но вы спели настоятелю, то есть брату Коршуну, погребальную песнь…

— Так велит наш устав, – только и сказала Айя и, отвернувшись от Матиаса, направилась к выходу, не давая священнику продолжить, хотя тот явно остался неудовлетворен ее ответом.