Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 166 – Жоубао Бучи Жоу

Небесный император Гоучэнь был суровым богом войны, в ведении которого находилось все оружие Поднебесной.

Этот изначальный бог выковал первый в мире меч и помог Фу Си победить демонов.

И этот грозный, внушающий трепет бог оказался парой сотен каких-то коров?

Это Мо Жань никак не мог принять. Пока он тихо стоял и бездумно разглядывал «коровье стадо», до его ушей откуда-то издалека вдруг долетели звуки сюня.

Сюнь был очень древним духовым инструментом, на котором в их эпоху умели играть лишь немногие. Повинуясь приближающимся звукам, несущиеся сломя голову стада постепенно остановились, после чего все животные до единого встали в две колонны, подогнули передние ноги и опустились в поклоне. По образовавшемуся проходу верхом на цилине ехал мужчина в роскошных одеждах с длинным мечом, висящим на поясе.

У мужчины было очень красивое лицо с тонкими чертами. Ветер легко колыхал его одежды, засыпая их снегом. Губами он приник к яркому глиняному сюню, на котором играл, легко бегая по отверстиям тонкими пальцами.

Когда последний звук сюня стих, стадо «коров» рассыпалось водяными брызгами. Оказывается, они были сотворены из воды с помощью магии. Мужчина опустил сюнь и окинул Мо Жаня внимательным взглядом, после чего мягко улыбнулся и произнес:

— Воистину, удивительный юноша. Никогда не встречал никого подобного! Неудивительно, что Ванъюэ так тобой заинтересовался. Позвольте представиться: ваш покорный слуга Гоучэнь Шангун, живущий в озере Цзиньчэн. Все оружие в этих водах выковано мной. Всего лишь безделицы, не взыщите.

Пусть старый дракон написал его имя на снегу и сам мужчина успел представиться, Мо Жань по-прежнему не мог поверить в реальность происходящего, а потому с изменившимся лицом спросил:

— Вы – Гоучэнь Шангун?

— Именно так, – терпеливо улыбнулся мужчина.

У Мо Жаня перехватило дыхание.

— Тот самый Повелитель оружия?

— Верно. – Гоучэнь Шангун с затаенной улыбкой приподнял брови. – Кажется, нынешнее поколение зовет меня именно так. До чего неловко! Я ведь всего лишь точу какие-нибудь ножички да плету хлыстики в свободное время, а люди обо мне столь высокого мнения.

Мо Жань промолчал. Его ужасно раздражало, когда сильнейшие из людей начинали напускать на себя скромность. Как, к примеру, тот же Чу Ваньнин, который непринужденно между делом обронил, что у него есть целых три божественных оружия. Этот Гоучэнь раздражал еще больше. Называет изготовленное своими руками оружие «ножичками» да «хлыстиками»! Почему бы тогда самого Великого императора Фу Си не назвать «старичком»?

Прошло немало времени, прежде чем Мо Жань слегка пришел в себя и сказал:

— Но тогда… тогда… Разве вы не должны жить в обители бессмертных? Почему вы живете в этом… в этом озере?..

— Я люблю ковать, от меня много шума, поэтому я постоянно нарушал покой Небесного императора. Чем целыми днями смотреть, как он при виде меня закатывает глаза, я предпочел спуститься в мир смертных.

— И как долго вы тут уже живете? – спросил Мо Жань.

Гоучэнь Шангун на мгновение задумался, а затем с улыбкой ответил:

— Не так уж и долго, не больше нескольких сотен лет.

— Нескольких сотен лет… – повторил Мо Жань с вымученной улыбкой. – Не кажется ли многоуважаемому богу, что это, в общем-то, немало?

На лице Гоучэнь Шангуна расцвела широкая безмятежная улыбка, и он безразлично махнул рукавом: