Книга Общество забытых мучеников, страница 155 – Анви Рид

— Не хочу тебя терять, – шепнул он ей в губы.

— И я не хочу, чтобы ты меня терял, – ответила она.

ЭБЕЛЬ

Дар у Эбель появился после смерти отца. Но свою истинную суть он открыл лишь спустя долгие годы истязаний над ее телом и душой. Молитвы в церквях. Изгнания злых духов. Заговоры шаманок. Очищения и обряды шарлатанов. Увешанный крестами дом. Обсыпанная солью комната. Выстиранная в святой воде одежда. И в конечном итоге – смерть. Эбель Барнс не спасла даже смерть. Наверное, поэтому дьявол и вернул ее к жизни. Понял, что на земле у нее еще есть дела. Кажется, он был милостивее Бога, и при встрече Эбель обязательно бы его поблагодарила, но сейчас ей нужно было сделать все для того, чтобы не возвращаться в горящие котлы ада еще ближайшие лет пятьдесят.

Эбель думала, что ее сила была бесполезной. Видеть пугающих призраков и слушать их вечные крики и мольбы было не лучшим даром из всех возможных. Владение стихиями, чтение мыслей, превращение в других – все это было куда интереснее. Может, она была бы счастлива так же, как и Ноа, который знать не знал проблем и, пользуясь исключительностью, проживал свою лучшую жизнь. Но нет. Дьявол сделал Эбель говорящей с мертвецами и не дал даже малейшей инструкции, как обращаться с этой способностью и как ее применять.

Да, очевидно, дар не похож на пылесос, чтобы прилагать к нему коробку с бумажкой, но ведь было бы честно помогать тем, на чьи плечи ты, владыка Ада, взваливаешь столько ответственности. Скуры не желали своего дара. А получив его, еще и сами решали, как им распоряжаться. Как им владеть и как управлять. Что было делать Эбель? Долгие годы ей приходилось притворяться. Сначала перед матерью, а потом и вовсе перед самими покойниками. Она не могла им помочь, не знала как.

Потому, кажется, за все страдания дьявол все-таки сжалился над ней и отправил Эбель призрака, который всему ее научил. И речь была не только о даре. Он показал ей, что в мире бывают не только добрые люди, но и добрые мертвецы. Тимо стал первым, кому Эбель смогла помочь, а он взамен, сам того не понимая, помог ей обрести силу. Она обрела власть над страхом. Над самой смертью. И над мертвыми телами, которые повиновались ей, стоило подумать о мести. Эбель овладела духом Тимо. Стала его руками и ногами. Стала глазами, мыслями, голосом в голове, и он, слушая приказы и чувствуя истинные желания, исполнял все то, о чем она просила. Он убивал ее руками. Тимо не мог остановиться так же, как и она. В неравной битве у трапезной она хотела одержать победу – и одержала.

Эбель доказала самой смерти, что воскресла не просто так, и шанс, данный ей дьяволом, она была готова оправдать.

Ночное небо сокрушали яркие молнии. Разрывали его на куски, и те, грохоча раскатами грома, давились слезами. Мелкие капли превращались в ливень и с каждым новым разрядом становились сильнее. Они впивались в кожу ледяными иглами, били по макушке, по щекам. Будто наказывали за то, что грязные души исключительных шагнули на святую церковную землю.

— Готова? – Реджис пытался перекричать ливень.

— Только если вы готовы, – ответила Эбель.

В руках она держала горшок с землей, из которого торчал гнилой сорняк. Насквозь мокрая куртка тяжело висела на плечах, в ботинках хлюпала вода. Холодный ноябрьский ветер впился в окоченевшее тело и растрепал волосы, по которым стекали капли дождя.