Онлайн книга «Рассказы»
|
Пеначек был довольно милитаристского склада. Его представление о гражданских действиях сводилось к хорошей ковровой бомбардировке. Куперли был молчалив, очень молчалив. Брайтенбах оглядел нас и сказал: — Можете взять один из шаттлов. Все уже запрограммировано. Вы приземлитесь сразу за окраиной Нью-Байонна. Наденете защитные скафандры — на всякий случай. Энергия там отключена, и солнце не взойдет еще две недели. Просто осмотритесь. Если никого не найдете, заберите любые записи, какие сможете, любые голосферы. Попробуйте отыскать дрон. Пробудете на поверхности пару часов, не больше… Он продолжал говорить, но я не слушал. Я смотрел на Корэб внизу, думая и думая. Это был зловещий, безжизненный мир, насколько я мог судить, окутанный тяжелым одеялом облаков, словно маской, которую он ждал, чтобы снять в полночь. Беда в том, что полночь на Корэбе длилась три недели из-за его безумной орбиты. Мясо у основания моего позвоночника буквально ползло. Планета напоминала мне какую-то гигантскую усыпальницу, чужой дом с привидениями, полный крадущихся теней и кошмарных силуэтов. И мы входили в него, как кучка перепуганных детей, входящих в заброшенный дом в мертвом лесу. — Есть еще вопросы? — спросил Брайтенбах. Вопросов не было. — Не торопитесь, — сказал он. — Там будет очень темно… * * * Мы прорвались сквозь нижние слои атмосферы, словно камешек, упавший в мутный, застойный пруд, и канули без следа. Курц попыталась разрядить обстановку, оскорбляя меня, но смеха не добилась. Наш юмор высох, как слюна во рту. Мы приземлились на посадочную площадку на окраине Нью-Байонна. Единственными источниками света были огни шаттла. Снаружи было черно, как внутри мешка для трупов, воздух полон диких летящих форм, словно ведьмы, осаждающие небо. Курц поспешила заметить, что мы видим клочья тумана. Но мне было трудно в это поверить. Пеначек связался с кораблем, сообщил, что мы приземлились целыми. Мы натянули шлемы поверх наших напряженных, бескровных лиц, и Пеначек открыл шлюз, и мы ступили в бесконечную ночь Корэба. Там дул сильный ветер, и вы чувствовали его удар в тот самый миг, как покидали корабль. Снаружи бушевала неистовая, безумная пыльная буря, воздух был полон мельчайших частиц, которые осыпали наши скафандры снаружи. Курц несла сканер, будучи единственной, кто умел им пользоваться. Он выглядел как черный прямоугольник на ее левом предплечье, поверхность которого была усеяна показателями и графиками. Она настроила его на непрерывное сканирование на предмет форм жизни и постоянный мониторинг атмосферных условий. Она прошла полукругом, выставив левую руку. — Я не улавливаю ничего живого, — сказала она. — Никакого сигнала от дрона. Но эта буря или что там еще… мои сигналы могут просто отражаться обратно. Город прямо впереди. Сквозь наушник я услышал голос Пеначека: — Что-то здесь не сходится, народ. Мозговой комплекс дал мне профиль Корэба перед спуском. Воздух здесь чистый. Ветрено, конечно, но не до такой степени, чтобы быть полным этой дряни. Если бы мы попытались дышать этим, было бы, как… как… — Как сосать пустынный песок через трубу, — закончил я за него. — Верно. Куперли тяжело дышал; это было слышно. — Может… нам просто убраться отсюда? Курц проигнорировала его. |