Книга Божье чудовище, страница 65 – Лариса Петровичева

— Реакция гветилена в соединении с Паром Дарвельтона, – ответил доктор Броуди. – Производит впечатление, правда?

— Еще бы! – восхищенно откликнулась я, подходя ближе. В колбу упало сразу несколько капель, и я заметила, что мантия доктора Броуди прожжена в нескольких местах, и он держится очень осторожно и напряженно, словно ему больно.

— Что случилось? – испугалась я.

— Ничего страшного, Флер, с гветиленом всегда так. Он очень сильно жжет и во время реакции выбрасывается в самых неожиданных местах, – ответил доктор Броуди. – Моя мантия пропитана особым составом, но иногда и этого недостаточно.

— Вам больно? – испугалась я еще сильнее и закрутила головой по сторонам, пытаясь понять, чем можно помочь Божьему чудовищу.

— Терпимо, я к этому уже привык.

Одно колесо внезапно лопнуло с веселым мелодичным звоном, следом к нему присоединилось второе, а затем третье выбросило огромный плевок белого света и растаяло. Ушел и запах жасмина. Доктор Броуди осторожно покачал колбу в ладонях и опустил ее в установку.

— Теперь гветилен будет вызревать пятнадцать часов, и получится замечательное зелье от направленной порчи в сердечной мышце, – с искренней гордостью произнес доктор Броуди, и я тотчас же спросила:

— А вы научите меня делать такое зелье?

— Обязательно научу, – пообещал доктор Броуди, стаскивая перчатку с человеческой руки, – но сейчас мне нужен Алекс, пока Пар Дарвельтона меня не прожег.

— Давайте я сделаю, – с готовностью заявила я, взяв из держателя пару чистых перчаток. – Что нужно, чем-то смазать?

Доктор Броуди замер, клюв его маски тяжко качнулся, словно Божье чудовище искренне смутился из-за моего предложения.

— Не хочу вас снова напугать, Флер, – наконец, произнес он, и я беспечно махнула рукой.

— Думаете, человек, который привел ко мне Марго, способен хоть как-то напугать? Не льстите себе, доктор Броуди, вы не чудовище. А вот про настоящее чудовище я кое-что вспомнила.

Несколько мгновений доктор Броуди стоял молча, словно никак не мог перестать удивляться – затем прошел к шкафам с ингредиентами и вынул большую банку с мазью.

— Это для вас, – произнес он. – Смажьте перчатки, как следует.

Я кивнула и открутила крышку – мазь была зеленоватого цвета и пахла болотом. Доктор Броуди снял с полки большой флакон темно-коричневого стекла и сказал:

— По четыре капли на каждый ожог. Флер, вы меня поражаете.

— Ничего такого я не делаю, – ответила я, густо размазывая мазь по перчаткам. – Просто хочу помочь вам. Вы ведь помогли мне.

Доктор Броуди потянул за шнурок, и мантия сползла, открывая голову и бугристое тело. На грубой броне я увидела пятно – казалось, кто-то ткнул доктора Броуди факелом. Броня сделалась светлее, пошла какими-то мелкими серыми чешуйками; я аккуратно капнула на пятно, отсчитав четыре капли, и чешуйки начали темнеть.

Не могу сказать наверняка, но мне казалось, что доктор Броуди напряжен, и ему точно было больно. Я перешла к второму пятну, и Божье чудовище вдруг содрогнулся и издал тонкий, едва уловимый свист.

— Больно? – испугалась я. – Господи, доктор Броуди, простите..!

— Больно, но вы тут не при чем, – ответил Божье чудовище очень напряженным тоном. – Со мной такое не в первый раз, Флер, не волнуйтесь.

Вот еще, как тут не волноваться? Меньше всего я хотела причинить боль человеку, который относился ко мне с таким теплом – лучше бы эти капли упали на меня!