Книга Первая любовь королевы, страница 58 – Роксана Гедеон

Однако, явившись к супругу, она узнала от Бартона, что состояние короля не изменилось и что никто за ней, королевой, не посылал.

Это было более чем странно. К тому же, Маргарита, как на грех, не могла припомнить, кто же ее позвал, не была даже уверена, служанка то была или фрейлина. В час, когда Вестминстер жил будто на осадном положении и приходилось ото всех скрывать тайну, подобное недоразумение отнюдь не казалось случайностью. Королева в волнении пересказала это нелепое происшествие Клиффорду. Он слушал внимательно, покусывая губы, а когда она закончила, долго молчал.

— Несомненно, это кажется подозрительным, — признал он наконец. Взгляд его был устремлен за плечо Маргариты, на стол черного дерева, массивный и тяжелый, со столешницей, покрытой лаковыми узорами. Клиффорд, казалось, внимательно разглядывал инкрустированные серебром и зернью^[42] письменные принадлежности. Потом вдруг спросил: — Вы здесь писали свое письмо, моя королева?

Она ответила утвердительно.

— Вы писали на бумаге?

— Да, на хлопковой бумаге, которую мне доставляют из Гренады. Я писала, как обычно. Что вас интересует, сэр Хьюберт?

— Меня интересует, ваше величество, куда делась вся та бумага, на которой вы писали. — Лицо его казалось задумчивым: — Ведь не один-единственный лист у вас был, я полагаю?

— Да, было несколько, и секретарь все листы очень ровно обрезал… — Маргарита искренне не понимала, чего хочет Клиффорд. — Какое это имеет значение, сэр?

— Вас выманили из кабинета, моя королева, — начал он медлительно. — Когда вы вернулись, целой кучи бумаги не оказалось на месте. Вы писали прямо на этой куче, ваше величество?

— Да.

Он осторожно взял со стола тонко очиненное перо:

— Когда вы водили пером, миледи, на бумаге, лежавшей снизу, возможно, появлялся оттиск. Я так полагаю. — Он вопросительно поглядел на Маргариту: — Не пропала ли бумага именно из-за этого отпечатка?

Маргарита задохнулась, у нее побелели даже губы:

— Вы думаете, кто-то решился похитить даже отпечаток и попытается восстановить по нему смысл моего письма?!

— Возможно. — Не поднимая львиной головы, увенчанной светло-каштановыми длинными волосами, начальник охраны мрачно добавил: — Если это действительно так, Йорк вскоре будет осведомлен о том, что случилось с его величеством. И нам следует готовиться к самому худшему.

Маргарита закрыла на миг глаза, пытаясь совладать со страхом, ее охватившим. Иногда ей казалось, что кольцо сжимается, вражда, окружающая ее, становится невыносимой, даже воздух делается удушливым. За что ей послана такая судьба, эти склоки, интриги, постоянная борьба? Маргарите вспомнилось, как она, тогда еще только невеста Генриха, отправлялась в Англию. Дважды на море поднималась страшная буря, будто сама стихия желала помешать ей приплыть на новую родину. Как это ее огорчало тогда, и если бы она знала!.. Новая родина оказалась мачехой, настоящим гнездом скорпионов, где все ее ненавидели неизвестно за что!..

Глубоко вдохнув воздух, Маргарита взглянула на Клиффорда:

— Не может ли быть так, что все эти предательства проистекают от епископа Илийского?

Начальник стражи покачал головой:

— Нет, за этим человеком наблюдают. Он не покидает своих покоев и не видится ни с кем, кроме собственных слуг. Да и тех только двое.