Книга Наглый. Дерзкий. Родной, страница 66 – Ульяна Романова

Я же сняла сандалии и, гордо вздернув подбородок, прошла к воде, кожей чувствуя голодный взгляд на своем теле.

По коже пробежала стая мурашек, а я в который раз разозлилась на свою реакцию.

Аврора шла рядом, но пока молчала.

Мы с подругой взялись за руки и медленно заходили в воду, привыкая к смене температур. Когда вошли по колено, мимо нас пронесся смерч, и нас с Рори окатило теплой водой с ног до головы.

— Эдуард! – в два голоса возмутились мы, когда над водой появилась его голова.

— Так и знал, что он тебе больше понравился, – довольно выдохнул Матвей. – Катерина, я для тебя кем угодно готов быть! Хочешь Эда – будет Эд.

— Не надо, – вылетело у меня.

— Иди ко мне, – позвал он совершенно другим тоном.

Выпрямился и протянул мне ладонь.

— Я сама, – взвилась я.

— Мотя, – недовольно позвал брата Лев, который все это время наматывал круги по речке, не вмешиваясь в наши дела. – Катерина Романовна, добрый день!

— Здравствуйте, Лев, – кивнула я.

— Как ваши дела? Как поживает Элеонора? – продолжал светскую беседу Лев.

— Все прекрасно, – выдохнула я, наблюдая, как к нам плывут Федя с Робертом.

— Федя, ты готов? – оживился Матвей. – Клад искать?

— Да, – закричал мой сын, со всей силы взмахнул руками, и нас с подругой окатила вторая волна.

— Нырять умеешь? – радостно поинтересовался у Федора Матвей. – Давай, клад вон там, его нужно вытащить.

Они быстро уплыли в сторону Льва, который, кажется, успел замерзнуть.

— Речка, клад и совершенно неожиданная встреча, да? – шепнула мне на ухо Аврора.

— Кажется, в нашем полку завелся диверсант, – окончательно уверилась я в своих догадках. – О чем вы говорили?

— Роберт настаивает, что Матвей – хороший парень и влюблен в тебя.

— Зачем тогда он врал?

— Мне кажется, Роберт знает, но не сознается.

— И что нам делать?

— Давай подумаем. Можем уехать, но тогда Феденька расстроится, и конструктором «Лего» мы его не задобрим, так?

— Так.

— Значит, будем отдыхать, как и планировали, – решила Аврора, – втроем.

— Ро, прекрати, я не хочу, чтобы из-за Матвея ты поругалась с мужем.

— Все в порядке, я не буду с ним ругаться, – пообещала Рори и ахнула, когда эта четверка вытащила со дна на свет божий большой деревянный сундук.

— Клад! – возвестил всю деревню Феденька. – Мам, правда клад!

— А я говорил! – сверкнул глазами Матвей.

Они с Робертом взяли сундук с двух сторон и тащили к берегу, заставив Федю плыть впереди, чтобы он был в поле зрения.

Аврора ушла вперед, а я неудачно развернулась в воде, поскользнулась и чуть было не упала в воду, когда меня перехватил Лев. Машинально обнял за талию, удерживая в вертикальном положении:

— Осторожнее, – посоветовал он.

Матвей, который оборачивался в мою сторону каждые несколько секунд, момент моего падения не увидел, а вот наши со Львом внезапные объятия успел заметить.

— Отпустите, я сама дойду, – потребовала я.

Неловко сделала шаг, косясь на клацающего зубами Льва, и медленно пошла к берегу.

— Замерзли клад сторожить? – заботливо поинтересовалась я.

— Угу, – согласился не Иннокентий.

Матвей с Робертом уже поставили сундук на землю, и Скиртач, недовольно сопя, пошел ко мне:

— Катя, я забыл тебе рассказать, что когда Лева маленький был, с русалкой местной поругался, а она такая ведьма оказалась, что наколдовала ему вместо баклажана корнишон. Левка, когда статую Аполлона увидел, рыдал от зависти часа полтора.