Книга Развод. Месть. Любовь, страница 79 – Мария Высоцкая

— Я всегда готова тебя поддержать. Мы не чужие люди. К тому же моя вина в этом тоже есть.

— Прости за телефон. Это ревность и тупость. Я решил, что у тебя кто-то есть. И это вполне может быть правдой, ты свободный человек…

— Ты ревновал?

Это становится открытием. Он выкинул мой телефон из-за ревности? Раньше Демид никогда так не реагировал. Не показывал, что ему неприятно, если мужчины оказывают мне знаки внимания. Я их игнорировала, конечно. Он мне доверял, и конфликтов на этой почве не случалось.

А теперь вот как…

Хотя сейчас-то мы не вместе. Я свободный человек. Тут он прав.

— У меня никого нет.

Понятия не имею, зачем это говорю. Просто не хочется врать. Точно не сейчас.

Демид улыбается уголками губ.

Делаю глоточек кофе и копирую его эмоции. Мы завтракаем минут тридцать. В основном молчим. Просто переглядываемся. Но на душе как-то теплеет. Возможно, все это успокаивает совесть. Не знаю…

— Как ты сама?

— В порядке. Пара синяков.

— Когда увидел тебя без сознания, испугался. Подумал сразу о худшем.

— Но худшее случилось с тобой, — сглатываю и делаю короткий вдох, чтобы не расплакаться.

— Я живучий. Да и заживает на мне все как на собаке, — Дем смеется.

Поддержать его веселье не получается. Я стараюсь, улыбаюсь, но совесть скребется в глубине души, продолжая вдалбливать мне, что это я во всем виновата.

— Мне правда очень жаль.

— Саш, давай сменим тему.

— Да-да. Конечно.

— Лучше расскажи, почему ты решила стать кондитером?

— Долгими зимними вечерами, когда хотелось напиться чая со сладостями, а дома их не оказывалось, я делала дурацкие быстрые кексы в микроволновке. Потом решила что-нибудь испечь, наткнулась на рецепт торта, закосячила, но понравилось. Я месяц почти жила у духовки. Пекла, пекла и получала от этого такой кайф… Ни один урок в школе я не вела на таком подъеме, как замешивала тесто, — смеюсь. — Весной решила попробовать сделать тортик на заказ. Ну и, в общем-то, меня окончательно затянуло.

— Класс. Я рад, что ты рада. У меня с футболом было примерно так же.

Оба смеемся. Демид рассказывает истории из детства, когда они с отцом играли на поле во дворе, а я слушаю и ловлю себя на мысли, что так хорошо и спокойно мне уже давно не было.

В отель возвращаюсь на пике эмоций. Голова кругом. Мои синяки еще болят, а грудная клетка ноет. Душа при этом источает трепет. Делаю компресс, смотрю онлайн-запись урока с курса, а перед сном пересматриваю наши с Ермаковым свадебные фотографии, что хранятся в моем облаке…

Глава 22

— Мне кажется, я сто лет тебя не видела, — Ленка раскрывает объятия, и мы крепко обнимаемся.

Я вернулась в Москву еще в прошлом месяце, но пересечься мы смогли лишь сегодня.

Вообще, я улетала на две недели, а прилетела через три. Последнюю провела в Швейцарии, в клинике, где лечится Демид. Было так паршиво, что все это из-за меня, что я решила отложить возвращение на родину и полетела к нему.

Только там мое чувство совести заглохло. Я поняла, что все делаю правильно. Мы много разговаривали, шутили, смеялись. Прошлого коснулись только в день моего отлета. Спокойно поговорили. Впервые без агрессии, претензий и моих слез.

Демид в сотый раз извинялся. Я кивала. А потом он рассказал, что чувствовал, когда осознал, что там, в том номере, в его «бреду», с ним была не я. Он думал, что у него жар, что ему снится тот секс. Со мной. Он даже под той дрянью, что его опоили, думал, что был со мной в своих видениях.