Книга Русские заветные сказки, страница 18 – Александр Николаевич Афанасьев

— Ходила, – говорит дочь.

— Ну, видела ты у отца на конце зарубку?

— Видела, матушка!

— Вот это и есть самая сласть!

А дочь говорит:

— Коли бы эдак зарубить зарубок пять, тады б ещё слаще было!

Отец лежал, лежал на полатях*, слушал, слушал, не утерпел и закричал:

— Ах вы, разбойницы! Хуй вам в горло! Про что говорят! Мне для вашей сласти не разрубить своего хуя на мелкие части.

Вот тут девушка гадала да гадала: одного-то хуя мало, а два не влезут; лучше их вместе свить да оба вбить!

У  одного старика был сын, парень взрослый, у другого дочь – девка на поре. И задумали они оженить их.

— Ну, Иванушка, – говорит отец, – я хочу женить тебя на соседской дочери, сойдись-ка с нею да поговори ладнее да поласковее!

— Ну, Машутка, – говорит другой старик, – я хочу отдать тебя за соседнего сына, сойдись-ка с ним да ладнее познакомься!

Вот они сошлись на улице, поздоровались.

— Мне отец велел с тобой, Иванушка, ладнее познакомиться, – говорит девка.

— И мне то ж наказывал мой батька, – говорит парень.

— Как же быть-то? Ты где, Иванушка, спишь?

— В сенцах.

— А я в амбарушке; приходи ночью ко мне, так мы с тобою и поговорим ладнее…

— Ну что ж.

Вот пришёл Иванушка ночью и лег с Машуткою. Она и спрашивает:

— Шёл ты мимо гумна?

— Шёл.

— А что, видел кучу говна?

— Видел.

— Это я насрала.

— Ничего – велика!

— Как же нам с тобою поладить? Надо посмотреть, хорош ли у тебя струмент?

— На, посмотри, – сказал он и развязал гашник*, – я этим богат!

— Да эдакой-то мне велик! Посмотри, какая у меня маленькая!

— Дай я попробую: придётся ли?

И стал пробовать. Хуй у него колом стоит; как махнёт её – ажно из всех сил она закричала:

— Ох, как больно кусается!

— Не бось! Ему места мало, так он и сердится.

— Ну вот, я ведь сказала: для него мало!

— Погоди, будет и просторно.

Как пробрал её всласть, она и говорит:

— Ах, душечка! Да твоим богатством можно денежки доставать!

Покончили и заснули. Проснулась она ночью и ну целовать его в жопу – думает, в лицо, а он как подпустил сытности – девка и говорит:

— Вишь, Ваня, от тебя цингой пахнет!..

Пришёл барин в праздник к обедне, стоит и молится Богу; вдруг откуда ни возьмись – стал впереди его мужик, этот сукин сын согрешил, так набздел, что и продохнуть не можно.

«Эка подлец! Как навонял», – думает барин. Подошёл к мужику, вынул целковый* денег, держит в руке и спрашивает:

— Послушай, мужичок! Это ты так хорошо насрал?

Мужик увидел деньги и говорит:

— Я, барин!

— Ну вот, братец! На тебе за это рубль денег.

Мужик взял и думает: «Верно, барин уж очень любит бздёх, надо каждый праздник ходить в церковь да около него становиться; он и всегда по целковому будет давать».

Отошла обедня, разошлись все по домам. Мужик прямо – к соседу своему и рассказал, как и что с ним было.

— Ну, брат, – говорит сосед, – теперича, как дождём праздника – пойдём оба в церковь; вдвоём мы ещё больше набздим: он обем (обоим) нам даст денег!

Вот дождались они праздника, пошли в церковь, стали впереди барина и напустили вони на всю церковь. Барин подошёл к ним и спрашует:

— Послушайте, ребята, это вы так хорошо насрали?

— Мы, сударь!

— Ну спасибо вам; да жалко, со мной теперича денег не случилось. А вы, ребята, как отойдёт обедня, пообедайте поплотней да приходите ко мне на дом набздеть хорошенько, я вам тогда заодно заплачу.