Книга Мой сосед - зверь, страница 4 – Рея Бёрн

А вот это уже звоночек. Эта мысль пугает по-настоящему.

Алёна

«Вестник» — интернет-издание про городскую культуру, затерянное на четвёртом этаже бизнес-центра у Курской. Стеклянные стены, кофемашина, работающая через раз, и главред Вика, которая выглядит как человек, способный убить взглядом.

— Ты наш новый автор лонгридов и имеешь право знать, — сообщает она, не отрываясь от экрана. — Предыдущий уволился, потому что выгорел. Будь добра, не повторяй его участь.

— Постараюсь.

— Не надо стараться, делай.

Эта женщина мне нравится.

Меня сажают у окна, дают ноутбук и логин от внутренней системы. Моя соседка по столу — Маша: двадцать шесть, копирайтер, рыжие волосы и россыпь веснушек по носу.

— Кофе из машины не пей, — шепчет она. — Там такой вкус, как будто кто-то постирал носки и отжал в чашку. Я хожу в кофейню на углу. Будем ходить вместе.

К обеду я уже знаю, что Маша живёт с парнем, который «вообще-то нормальный, но иногда хочется его задушить», что Вика уходит в семь вечера и ни минутой позже, и что дизайнер Лёша влюблён в Вику и все об этом знают, кроме Вики.

Обычная московская редакция. Обычная жизнь.

Я пишу черновик своего первого материала, про заброшенные кинотеатры в спальных районах, и ловлю себя на том, что перечитываю одно предложение четвёртый раз. Потому что думаю не о кинотеатрах.

Я думаю о крови на руках.

Достаю телефон. Набираю Кате.

— Ну как квартира? — спрашивает она вместо приветствия.

— Нормально. Слушай, странный вопрос. Если бы ты увидела, как сосед моет окровавленные руки ночью, ты бы позвонила в полицию?

Пауза.

— Ты серьёзно?

— Гипотетически.

— Лен, ты же журналист. Ты знаешь ответ. Конечно, позвонила бы.

Я вздыхаю.

— Ты не позвонила.

— Гипотетически. Он просто увидел меня и не стал тушить свет или прятаться и я...

— Алёна!

— Может, он просто… порезался. Или мясо разделывал. В три ночи.

— Или убил кого-то. В три ночи. Что тоже вариант.

— Он сегодня так же сказал. Встретила у подъезда. Очень похоже на то, что он ждал меня.

Я молчу. Катя вздыхает.

— Он угрожал?

— Что? Нет. Не похоже, он просто... Не знаю... Решил познакомиться?

— Он горячий?

— Это не имеет отношения…

— Он горячий.

— Катя.

— Окей, окей. Будь осторожна. И купи перцовый баллончик. И замки проверяй, и чуть что — звони мне! Не хватало еще маньяка-соседа на новом месте.

Я сбрасываю и открываю инсту. Набираю адрес дома, дурацкая привычка, журналистская паранойя, и листаю геотеги. Ничего полезного: фотки двора, чья-то собака, закат с балкона.

А потом я нахожу его.

Не аккаунт, а чей-то репост. Эл молотит боксёрскую грушу, без футболки, и я на секунду забываю, зачем вообще его искала.

Пресс. Татуировки по всей левой стороне: рёбра, бок, рука до запястья, чёрная вязь и графика, которую я не могу разобрать на маленьком экране. Шрам на правом боку длинный и грубый — точно не от операции. И эти руки, перемотанные бинтами, с ободранными костяшками, бьют в грушу так, что слышно даже через немое видео.

Двадцать тысяч просмотров. Комментарии от девчонок: огонь, сердечки, «женись на мне». И один комментарий от аккаунта с ником «ruslan.034»: «Зверь».

Я закрываю инстаграм.

Он не мясник и не повар. Он боец, и в три часа ночи он смывал с рук чужую кровь.

Мне нужно держаться от него подальше.