Книга Арсен Люпен против Херлока Шолмса, страница 55 – Морис Леблан

Херлок замолчал. Ему показалось, что девушка стала гораздо бледнее. Однако самым спокойным голосом она сказала ему:

— Я не знаю всего того, о чем вы говорите, сударь, а главное, совершенно не понимаю, почему вообще это может быть мне интересно.

— А потому, сударыня, что господина Максима Бермона на самом деле зовут Арсеном Люпеном, и вы знаете это так же хорошо, как и я.

Она расхохоталась:

— Не может быть! Арсен Люпен? Господина Максима Бермона зовут Арсеном Люпеном?

— Как я уже имел честь вам сообщить, сударыня; и раз вы отказываетесь понимать меня с полуслова, добавлю, что для осуществления своих замыслов Арсен Люпен нашел здесь подругу, даже больше чем просто подругу – слепую соучастницу… к тому же страстно ему преданную.

Она встала и безо всякого волнения, во всяком случае волнуясь так мало, что Шолмс был просто потрясен ее самообладанием, заявила ему:

— Я не знаю, какова цель подобного вашего поведения, и не желаю этого знать. А потому прошу вас, не произнося больше ни одного слова, покинуть этот дом.

— Я и не собирался навязывать вам свое присутствие бесконечно, – ответил Шолмс, стараясь быть таким же спокойным, как она. – Только я принял решение уйти из этого особняка не один.

— И кто же будет сопровождать вас, сударь?

— Вы!

— Я?

— Да, сударыня, мы выйдем отсюда с вами вместе, и вы, не говоря ни слова и не сопротивляясь, последуете за мной.

Странным в этой сцене было то, что оба противника сохраняли полное спокойствие. По их поведению, по тону можно было сказать, что это не непримиримый поединок, в котором скрестились две мощные воли, а скорее галантная беседа-спор двух человек, придерживающихся разных точек зрения.

В широкий проем было видно, как господин Дестанж неторопливо перебирает свои книги.

Клотильда, пожав плечами, снова села. Херлок вынул из кармана часы:

— Сейчас половина одиннадцатого. Через пять минут мы выходим.

— А если нет?

— Если нет, я иду к господину Дестанжу и говорю ему…

— Что?

— Правду. Рассказываю ему о мнимом существовании Максима Бермона, рассказываю о двойной жизни его соучастницы.

— Соучастницы?

— Да, той, что зовут Белокурой дамой, той, которая раньше была белокурой.

— И какие доказательства вы ему предъявите?

— Я поведу его на улицу Шальгрен и покажу ход Арсена Люпена, которым он вместе со своими людьми, воспользовавшись работами, проводившимися там под его руководством, соединил дома номер сорок и номер сорок два и которым позавчера ночью вы с ним вышли на улицу.

— А потом?

— Потом я поведу господина Дестанжа к мэтру Дэтинану, мы спустимся черной лестницей, по которой вы спустились с Арсеном Люпеном, сбежав от Ганимара. И мы вместе с ним найдем, без сомнения, такой же ход в соседний дом, в тот, что выходит на бульвар Батиньоль, а не на улицу Клаперон.

— А потом?

— Потом я повезу господина Дестанжа в замок Крозонов, и ему будет нетрудно (он ведь знает, какие работы проводил Арсен Люпен во время реставрации замка) обнаружить и там тайные ходы, которые проделал Арсен Люпен со своими людьми. Он установит, что по этим ходам Белокурая дама могла пройти ночью в спальню графини и взять из шкатулки, стоявшей на камине, голубой бриллиант, а через две недели войти в комнату советника Блейшена и подбросить этот голубой бриллиант в его зубной порошок… довольно странный поступок, ей-богу, может, какая-то женская месть, не знаю, впрочем, это не имеет значения.