Книга Арсен Люпен против Херлока Шолмса, страница 58 – Морис Леблан

— Что это вы веселитесь? – пробурчал он… – Этот инцидент не имеет никакого отношения… он ничего не меняет…

— Ровно ничего, – ответила она.

И вдруг ему пришла в голову мысль, потрясшая его. Слегка приподнявшись, он внимательнее посмотрел на человека, сидевшего впереди. Плечи были поуже, да и манера держаться более непринужденная… Он покрылся холодным потом, кулаки его сжались, в нем утвердилось самое страшное подозрение на свете: этот человек – Арсен Люпен.

— Так как, господин Шолмс, что вы скажете об этой прогулочке?

— Прелестно, любезный, просто прелестно, – ответил Шолмс.

Быть может, еще никогда в жизни не приходилось ему делать над собой такого чудовищного усилия, чтобы выговорить эти слова без дрожи в голосе, ничем не выдав неистовства, бушевавшего в нем. Правда, тут же его блестящая реакция, потоки ярости и ненависти прорвали плотину, и он вновь обрел волю; резким жестом достав револьвер, он навел его на мадемуазель Дестанж.

— Сию же минуту, сию же секунду остановите машину, Люпен, или я стреляю в мадемуазель.

— Советую целиться в щеку, если вы хотите попасть в висок, – не поворачивая головы, ответил Люпен.

— Максим, – сказала Клотильда, – не надо ехать слишком быстро, мостовая скользкая, а я такая трусиха.

Она все улыбалась, глядя на мостовую, вперед, на неровную дорогу.

— Да пусть же он остановится! Пусть он остановится, наконец! – сказал ей Шолмс, взбешенный от злости, распиравшей его. – Вы же видите, что я способен на все!

Дулом револьвера он касался ее локонов.

Она прошептала:

— Этот Максим – сама неосторожность! На такой скорости нас наверняка занесет.

Шолмс положил в карман револьвер и схватился за ручку дверцы, готовый выскочить из автомобиля, несмотря на всю абсурдность такого поступка.

Клотильда сказала ему:

— Осторожнее, господин Шолмс, за нами машина.

Он отклонился. За ними действительно следовал автомобиль, огромный, кровавого цвета, жуткий на вид из-за своего острого носа и четверых в кожанках, сидевших в нем.

«Ну-ну, – подумал он, – меня неплохо охраняют, надо запастись терпением».

С гордым покорством людей, отступающих в ожидании лучших времен, когда фортуна отворачивается от них, он скрестил на груди руки. И пока они переезжали Сену, неслись через Сюрен, Рюэй-Мальмезон и Шату, смирившись и не двигаясь, обуздав свой гнев, он безо всякой горечи размышлял о том, каким именно чудом Арсену Люпену удалось оказаться на месте шофера. Что славный парень, которого он выбрал утром на бульваре, мог быть заранее оказавшимся там соучастником, Херлок не допускал. Однако Арсена Люпена кто-то, без всякого сомнения, предупредил, и случиться это могло только после того, как он, Шолмс, стал угрожать Клотильде, раньше-то никто не мог знать о его планах. Но с того момента он с Клотильдой не расставался ни на секунду.

И вдруг его потрясло одно воспоминание: девушка попросила телефонистку соединить ее с портнихой. И он сразу же все понял. Еще тогда, когда он только сказал, что он новый секретарь господина Дестанжа и хочет побеседовать с ней, она почуяла опасность, угадала имя и цель посетителя и спокойно, самым естественным на свете образом, словно она действительно делала то, что хотела показать, она призвала на помощь Люпена, пользуясь условленными между ними формулами.