Книга Ночь у вдовы-пересмешницы, страница 59 – Джон Диксон Карр

— Так-так, – произнес он. – И что же вы собирались с этим делать?

— Я собиралась поделиться содержанием письма только с Гордоном, – ответила Джоан, с вызовом вскидывая округлый подбородок. – Гордон сможет обо мне позаботиться! Думаете, меня легко напугать?

В письме было написано следующее:

Дорогая моя Джоан! По-моему, нам пора познакомиться поближе. В связи с этим я намереваюсь нанести визит в Вашу спальню за несколько минут до полуночи в воскресенье. Можете, конечно, обзавестись охраной, но это ничего не изменит.

С надеждой на нежную дружбу,

Вдова.

Естественно, все говорили, что это полная чушь. Мол, Вдова в очередной раз дурит почтенную публику. Так продолжалось до наступления темноты. Однако около десяти часов в кабинете полковника Бэйли собрался военный совет.

Синие и розовые незабудки на обоях, большая карта над камином, макет возле окон и уютные кожаные кресла просматривались сквозь клубы табачного дыма. В кабинете стоял жаркий спор.

Несмотря на то что дело напрямую касалось Джоан, ее не пригласили. Как бы то ни было, она в этот момент находилось в своей спальне и переодевалась, поскольку приехал Уэст.

Сэр Генри Мерривейл, надо заметить, участия в споре не принимал. Устроившись в кресле, он закрыл глаза и попыхивал манильской сигарой, почти такой же отвратительной, как и его собственные. Пока сигара ритмично перекатывалась из одного угла рта в другой, Г. М. перебирал в памяти все ухищрения и трюки – а имя им было легион, – о которых когда-либо слышал.

Основная дискуссия разгорелась между Гордоном Уэстом и полковником Бэйли, который наконец взял верх.

— Значит, так! – решительно заявил он.

Уэст, подняв руки в знак того, что сдается, упал в кресло. Стоя возле стола, полковник Бэйли говорил отрывисто, а его слова перемежались с похожим на бульканье звуком, издаваемым трубкой, которая, видимо, уже отслужила свой срок.

— Значит, так! Я читаю детективы! – провозгласил он с видом ученого мужа, исследующего историю арамейского языка.

— Боже! – пробормотал сэр Генри Мерривейл.

Настроенный крайне серьезно, полковник, который обожал свою племянницу и предпочел бы скорее умереть, чем допустить, чтобы она оказалась в опасности (хотя он скорее умер бы, чем в этом признался), одарил Г. М. ледяным взглядом.

— Я понимаю, что детективы – это бульварное чтиво, – признал он. – Но ведь попадаются и в них занимательные куски. Бывает, вас так и распирает крикнуть тупице-сыщику: «Эй ты! Пошевели мозгами! Вот главарь шайки…»

— Вы читаете ерунду, а не стоящие детективы, – вяло вмешался Уэст. – Однако продолжайте.

— Полиция получает письмо. В нем говорится, что… допустим, военный министр… ну да, военный министр умрет в тот вечер ровно в половине десятого и никто не сможет это предотвратить.

— Ну и?..

— И полиция организует все по высшему разряду: к министерству стянуто пол-Скотленд-Ярда, возле кабинета министра выставлен тройной кордон, полицейские начеку у каждого окна и на крыше. – Полковник Бэйли перевел дух. – И ведь ни одному из этих дуралеев не приходит в голову просто войти в кабинет и засесть там! Ведь так можно было бы предотвратить то, что произошло потом. Вы понимаете, о чем я?

Не дожидаясь ответа, полковник Бэйли указал трубкой на Г. М.:

— Мерривейл сядет в одном углу комнаты. Я – в другом. Полагаю, что не будет вреда, – с сомнением глянул он на Уэста, – если и вы там где-нибудь пристроитесь. И не дай бог кто-то туда заявится – ему будет несдобровать!