Книга Храмовница, страница 162 – Елена Тимофеева

— Ох, лишенько! — зашлась в зверином вое, такой болью полосонул вид его безвольного тела, в котором знала каждую частичку, целовала и гладила. Точно умирающего Хрюшу оплакивала, заново проживая миг своей страшной утраты.

— Бабка, родная! — Демира отпустила Булата, кинулась к знахарке, схватила её за руки, закричала отчаянно: — Спаси его, исцели! Ничего не пожалею, всё, что хочешь, отдам!

— Не полошись, девка, — отозвалась спокойно Кабарга, вгляделась в её лицо, пронзила острыми копьями взгляда, — ступай, поешь, должна быть в силе. А после приходи, и спутника свово с собой веди.

Взяла со стола чашу, приподняла больному голову, поднесла к его открытым губам, влила, придержала, чтобы сглотнул.

— Спасёшь его? — Демира вцепилась ей в рукав, развернула к себе, с мольбой всматриваясь в такие чёрные, что зрачка в них не было видно, глаза.

— Всё, что умею, сделаю, — ответствовала хмуро знахарка, — а там, как боги порешат. Коль захотят оставить на земле ещё пожить, так поживёт. А нет — то нет, уже не обессудь. Богам виднее.

— Плевать мне на богов! — вскричала Демира. — Что им виднее, что они видеть могут?! И так отняли всё у меня! Не отдам Булата, не посмеют забрать!

— Ишь ты какая! — усмехнулась Кабарга. — Не отдашь? Тогда держать придётся крепко! Да накажи своей сестре! — сдвинула седые лохматые брови. — Чтоб не тащила!

— Сестре? — растерянно повторила Демира и вздрогнула, ощутив липкий холодок между лопаток.

— Сестре, — каркающим смехом расхохоталась знахарка, — что ж у тебя вон, аж два мужа, а у неё ни одного! Завидно ей, вот к себе и тянет!

— Что ты болтаешь, ведьма старая! — прикрикнул на неё Халзан, шагнул к Демире, положил ей руки на плечи, как делал всегда, желая дать поддержку, притянул к себе её, разом ослабевшую. — Если кто тянет на тот свет Булата, так только брат наш старший, Хрюша, а её родню не трожь!

— Брат твой, — Кабарга обернулась, потрясла узловатым пальцем, — на ступенях трона Кроноса вино пьёт в вечности и любуется игрою света! Её то девка-сестра! — показала на Демиру. — При жизни любви изведать не успела, одно насилье тока перед смертью! Теперь вот мужа себе просит!

— Заткнись, заткнись, ворона! — затрясло Демиру.

Как наяву увидала она Зофью, распятую на гумне перед амбаром, железные подковы сапог солдата, что встал ей на руки, и другого со спущенными портами, вжимающего сестру в окровавленную землю.

— Уговаривайся с ней, — понимающе усмехнулась лекарка, точно увидела всё то же, — проси. Но прежде ступай, поешь, лицо омой и руки. Потом приходи и белогривого этого сюда веди. Ступай. А я покуда всё тут приготовлю. А ты останься! — остановила Халзана. — Поможешь мне.

Демира вышла в коридор и отшатнулась, вскрикнула, закрылась рукой от возникшего пред нею видения. Девушка в белом, с длинными белыми волосами, с розово-красными глазами на белом лице, стояла в тёмном коридоре, прижав к груди тонкими белыми руками стопу льняных утирок.

— Ты кто? — прошептала Демира.

Чёрные точки зрачков в застывшей багряной лаве глаз прошили её иглой мёртвого взгляда, девка облизнула бледные губы и захохотала безумным, ухающим смехом. Точно крик выпи с болот в самую глухую полночь прокатился по коридору.

— Эй, что там у вас? — вскричал снизу Далер, побежал наверх, испугавшись того, что услышал.