Книга Раб и меч, страница 115 – Сэм Альфсен

Ничего страшнее Галану не приходилось видеть в своей жизни. Он не думал, что ребёнок… может решиться на такое. Он никогда не сталкивался с таким, он не знал, что делать.

В голове, бесконечно повторяясь, крутилось: «Это невозможно. Он слишком мал. Это невозможно. Не каждый взрослый может… Почему? Из-за чего?»

Галан бросился к ученику и оттащил его от верёвки. Повалил на траву и закричал:

— Ты сошёл с ума?! Меня не было всего два месяца! Что могло случиться?! Зачем ты так поступаешь?!

Однако Син реагировал заторможенно. Он даже не удивился и не испугался, когда из ниоткуда возник Галан и уронил его на землю. Он не издал ни звука и по привычке молчал.

— Почему ты не отвечаешь?! Тебя кто-то обидел? Ученики, старейшины? Син, ответь мне!

Ещё несколько долгих секунд Син молчал. А затем его глаза сузились и наполнились слезами. Он схватился за учителя и, глотая слёзы, зашептал:

— Учитель, я больше не могу, учитель, я не хочу быть чудовищем. Учитель, я больше не могу.

Это всё, что Син мог сказать. Каждый раз, как Галан пытался докопаться до истины, все его вопросы упирались в «я больше не могу».

«Что ты не можешь? Чего тебе не хватает? Почему ты так горько плачешь? Что могло сделать так больно ребёнку, чтобы он расхотел жить?»

Но возможно, Син был слишком мал, чтобы понять собственные чувства. Галан начал зорко следить за учеником, но стоило Сину остаться одному, как учитель вновь видел пустой взгляд и слышал «я больше не могу».

Однако… так продолжалось недолго. Галан поселил Сина в своём доме, но, однажды вернувшись с занятий, не нашёл ученика. И сколько бы он ни искал его – не осталось и следа.

Где-то через неделю к перепуганному и измученному поисками Галану подошла Вильна. И, неловко шаркая ножкой, сообщила:

— Учитель Галан, не ищите его. Он сбежал в Риру. Сказал, там самое место для таких, как он.

— Ты что, даже не попыталась остановить его?! – вспылил Галан.

— Попыталась… – отвечала Вильна, а затем с ещё большей неловкостью протянула перебинтованные ладони учителю. – Но он сопротивлялся…

Галан упал на кровать и закрыл лицо руками. Всё кончено. Он пытался подарить этому ребёнку дом и веру в себя, но не справился. Молодой учитель несколько раз ударил себя по коленям и заскрипел зубами.

Он думал только об одном.

«Что они сделают с ним? Убьют? Начнут тренировать? Что из этого хуже другого?»

Рира – это не обитель. Это было первым, что понял Син, попав в город тёмных сурии.

Никто не церемонился с ним. Торговцы пихали его, ловили под локти и пытались увести, а когда Син убегал, то кричали и грозили ему кулаками. Никто не оборачивался и не пугался, почувствовав энергию мальчика. В какой-то момент он даже подумал, что нашёл свой дом. Что здесь его хотя бы не обходят стороной.

Гуляя по облёванным и воняющим тухлой рыбой улицам, Син улыбался, как полнейший дурак. В него тыкали пальцами, ему ставили подножки, пытались украсть его обувь…

ЕГО ВИДЕЛИ.

ТЕПЕРЬ ОН СУЩЕСТВОВАЛ.

Это стало для Сина откровением. Это не он был плохим, просто то место ему не подходило. Вот и всё! Возможно, он действительно не так уж и плох! Возможно, здесь найдутся те, кто поймёт его, примет и… И что?

Син не знал, чего же ещё он хотел. Сейчас он был просто счастлив ощутить себя живым.

Внезапно захотелось есть – и Син застыл напротив лавки с рыбой и мясом. Облизываясь, он долго глядел на прилавок, но подойти не решался. Из книг он знал, что всякая еда стоит денег, а у него не было с собой ни монетки. Лишь половина булочки, что осталась с обители.