Книга Всадник дракона, страница 214 – Таран Матару

Среди образов, запахов, звуков и вкусов было что-то еще. Джай чувствовал… ответственность. Великий долг, настолько тяжелый, что мог задушить его. Джай хотел очнуться от этого сна.

Вместо этого он полетел. Дальше, над океанами. Мимо айсбергов и огромных пластов льда, плававших в темных водах. Он летел, спасаясь от давящего груза ответственности…

Но всегда возвращался. Всегда.

* * *

Джай не помнил, как упал в обморок – или заснул, если уж на то пошло. Он также не помнил, как оказался в этом месте. Но когда юноша проснулся от звука потрескивающего огня, то не стал задавать вопросов. Он был жив, ему было тепло и уютно. Это было достаточным доказательством того, что он в безопасности. Кожистый язык лизнул его лицо, и Джай протянул руку, чтобы погладить покрытую шрамами морду Нави.

Она была здесь, в этой пещере. Значит, Руфус был не единственным, кто все это время составлял компанию Уинтер. Джай был этому рад.

Он почуял запах еды, и рот наполнился слюной. Юноша сел. Почти невольно, будто его тело жило собственной жизнью.

Они находились в сырой пещере глубиной не более дюжины футов – или, скорее, в трещине в склоне горы. Руфус склонился над небольшим костерком, на сковороде шипели колбаски.

— Ты… – сказал Джай.

Он почти забыл, что видел его в лесу.

Руфус избегал его взгляда, вместо этого пододвигая сковороду к огню.

— Не волнуйся, – сказал рыжебородый, кивнув на вход в пещеру. – Запах поднимается высоко. Это единственная причина, по которой проклятый лютоволк до сих пор нас не нашел.

Джай выбрался на открытое пространство и осторожно высунул голову наружу. Внизу он увидел обширный лесной массив, окружавший западную сторону каньона. Слева находилась тюрьма с заключенными. Она была окутана утренним туманом, но западную стену можно было безошибочно различить. Как Руфус дотащил сюда Нави, Джай понятия не имел. Единственным путем к их пещере была узкая козья тропа.

— Ты спал всю ночь, – сказал Руфус. – Бредил о Данске, не хотел просыпаться, что бы я ни делал. Бредил даже после того, как я закончил тебя лечить. Наконец-то ты проснулся!

Джай сел на землю и взял предложенную колбаску; медленно прожевал ее, наслаждаясь жиром и соком, капавшими на язык.

Его ощущения, в том числе и вкусовые, постоянно обострялись, к тому же он был голоден – неудивительно, что это была лучшая колбаса, которую Джай когда-либо ел.

Юноша посмотрел на свои запястья с розовыми шрамами. Наручники лежали рядом с костром, сломанные пополам.

Джай мог только удивляться истинной силе человека, стоявшего перед ним. Он знал, что Руфус был связанным душой высокого уровня. Но сломать дамантиновую сталь…

— Это была Фрида? – тихо спросил Руфус. В его голосе слышался стыд. – Она жива?

— Жива, – ответил Джай. – Но… Мне приснился сон. Я увидел жизнь, которая не была моей.

Руфус нахмурился.

— Как тебе удалось сбежать из Портикуса, парень? – мягко спросил он. – Уинтер вела нас к тебе с тех пор, как я оправился от яда. Она убежала вперед прошлой ночью, когда я уснул… не мог больше идти без отдыха. Мы чуть не сбились с пути, но я догадался, что ты окажешься именно здесь.

Джай не хотел думать о прошлой ночи. При воспоминании о тюрьме у него скрутило живот. Та медленная, удушающая смерть, которую он ощущал вплоть до самого момента вознесения… Он так хотел забыть обо всем! Но должен был это помнить.