Книга Всадник дракона, страница 38 – Таран Матару

Но Джай был чем-то большим, по крайней мере для одного человека.

— Я служил Леониду всю свою жизнь, – прохрипел Джай, и внезапный страх исказил его речь. – Я знаю все его потребности, все его прихоти. Без меня он пропадет. Оставьте меня в живых, лорд командующий! Умоляю, накажите меня как-нибудь иначе!

— Значит, старику придется обучать новую подтирку, – усмехнулся Магнус. – Мне-то какая разница!

— С вас снимут шкуру, – пригрозил Джай, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее. – И не только!

Магнус замер. Над ними промелькнула тень, но взгляд Джая был прикован к земле далеко-далеко внизу. Люди сновали вокруг, крошечные, как насекомые на брусчатке, не подозревая о разворачивавшейся над ними драме. И скоро он сам превратится в насекомое под сапогом, а его внутренности размажут по земле.

— Этот человек построил башню, на которой мы стоим, – продолжал Джай, хрипло дыша поврежденным горлом. – Черт возьми, он построил эту империю! Разгневать его… вашим…

— Очень скоро его гнев не будет иметь значения, – усмехнулся Магнус, усилив хватку. – Жаль, что ты не доживешь до этого момента.

Джай попытался заговорить, но у него не хватило дыхания. Время тянулось.

Он висел над миром, дрыгая ногами. Секунда за секундой… Почти минута чистого, неподдельного ужаса. Похоже, Магнус все-таки хотел повеселиться.

И тогда произошло следующее.

Раздался рев, а порыв ветра был такой сильный, что и Джай, и Магнус отшатнулись назад. Два огромных крыла заслонили солнце, и Джай почувствовал запах крови из разинутой пасти зверя, который продолжал рычать.

Джай мог лишь извиваться в руках своего похитителя, в то время как Магнус взревел дракону в ответ. Мужчина вытянул руку, его пальцы заплясали. Возникло свечение, и казалось, сам воздух вокруг них задрожал. Затем… командующий опустил руку.

— Ну и забирай! – рыкнул Магнус.

Джай упал спиной на мраморный выступ. Он вздрогнул, когда дракон приблизил к нему когти и опустил голову, чтобы заглянуть в глаза. Его зрачки походили на черные овалы в медовых лужицах, и они расширялись по мере приближения головы дракона. Каким-то образом зверь словно узнал его.

— Мальчик! – рявкнул Магнус. Джай обернулся.

Он не заметил приближавшийся кулак.

Песня эхом отдавалась в рассеивавшейся тьме сознания Джая. Он знал эту песню, но не улавливал, откуда идут звуки. Полная меланхолии мелодия и слова, которые говорили о потере, о тоске по дому. Слова его народа. Язык, который он почти забыл, но все еще понимал.

Затем появилось воспоминание. Морщинистые убаюкивающие руки гладили его по лбу. Только сейчас они побуждали его очнуться. Колыбельная, а это была именно она, умолкла.

Чьи-то пальцы коснулись его носа, век. На губы капнула вода, и Джай высунул язык, чтобы слизнуть ее. Ему хотелось пить. Очень хотелось.

— Я знала, что ты выживешь, – произнес чей-то голос. – Род Рохана так легко не умирает.

Женщина говорила с акцентом. Таким же, какой был у него самого много лет назад. И он узнал этот голос.

Джай открыл глаза. И узнал лицо, которое появилось в поле зрения. Балбир.

Но самым странным было не ее присутствие, а комната, в которой он лежал. Он находился в кровати, а не на соломенной подстилке. Комната не была роскошной, но на полу он увидел ковры, а на окнах – занавески. Впрочем, само наличие окон уже было достаточно удивительным.