Книга Алый трон, страница 113 – Эми Лиоу

Асахар валит статую на пол.

Воздух наполняет ужасный грохот. Десять голов Анаса теперь в руках Асахара, а за троном зияет дыра.

Все окутано пылью, и я поднимаю руку, чтобы подавить кашель. Асахар отшвыривает статую, от удара в полу появляются новые трещины. Он просовывает руку в дыру и вытаскивает оттуда Икту. Я ошеломленно смотрю на брата.

— Тебе был нужен свидетель? – Асахар хватает Икту за ворот и встряхивает; Ракхта на голову выше брата, поджарая фигура Икты кажется щуплой на фоне закаленной в битвах могучей фигуры Асахара. – Мне не нравятся твои игры, Бинса. До сих пор я был с тобой честен. И жду от тебя того же.

На миг мои глаза встречаются с глазами брата. Время замедляется, когда на меня обрушивается его ужас.

Он видел, как Илам вышел из моего тела, как взревел от ярости, когда Асахар вытащил кукри из моего живота. Правда повергла брата в отчаяние – все это время я шла по стопам матери, все это время я была шаманом крови. Он вспоминает, как вчера встретился с Кераном за пределами храма.

Асахар придет к ней ночью, сказал ему Керан. Следи за ними. Думаю, ты увидишь немало интересного.

Ярость приводит меня в чувство. Деннарская сволочь. Он знал, что случится, и ради Икты скрыл это от меня. Нет, в самом деле. Я должна была заподозрить Керана, когда орлица принесла мне огнеметное орудие. Разве не странно, что из всех людей на свете Икта поручил именно Керану его доставить? А значит, Керан знает о моей магии крови. В следующий раз, когда его увижу, спущу с него шкуру.

А ты и правда дурочка, смеется Кавита. Говорила же, нельзя доверять брату.

Я смотрю прямо перед собой, выпрямив спину.

— А сейчас ты скажешь мне, где Рашматун, – Асахар плавным движением вынимает кукри и приставляет к горлу Икты. Стук его сердца перебивает грохот сердца моего брата, и у меня закладывает уши. – Или он умрет.

Я вдыхаю, направляя в жилы невозмутимость Рашматун. Единственный способ сохранить нам обоим жизнь – оставаться бесстрастной.

— Так давай, что ты медлишь, – говорю я. – Я буду счастлива свидетельствовать против тебя перед законом. Мы могли бы также привлечь Ракхти Иридис, пока она здесь.

Мышцы Асахара спокойны.

— Тебя совсем не заботит его судьба? Ты так бесчувственна?

Он ждет, что я буду пресмыкаться перед ним на коленях. Мои губы кривятся в усмешке.

— Чего мне бояться, если ты готов преподнести мне на блюде свою голову? «А тот, кто пролил кровь брата или сестры, должен искупить вину».

— Шаман крови цитирует мне «Намуру»! – Асахар разражается хохотом.

— Правила касаются любого жителя Аритсьи.

Он бросает на меня презрительный взгляд:

— Ладно. Назови свои условия, шаман крови. Посмотрим, стоит ли принять их во внимание.

— Я буду сидеть на троне еще два года. Самое большее. Никому не позволено вмешиваться в мои решения. Никто из Ракхт не имеет права подвергать их сомнению. – Я делаю паузу, наслаждаясь напряженной тишиной. – Тогда я скажу тебе, где Рашматун.

Асахар сжимает губы в тонкую линию:

— Два года – долгий срок.

— Не такой уж и долгий. – Я выпрямляюсь с теплой улыбкой. – Ты терпел меня семь лет с тех пор, как взошел на Трон мечей. Потерпишь еще два. – Спустя некоторое время я добавляю: – С Рашматун ничего не случится. Получишь ее через два года.

Он прижимает кукри к шее Икты, пуская тонкую кровавую струйку. Мой брат хнычет.