Книга Алый трон, страница 112 – Эми Лиоу

— Значит, так. Что ты сделала с Рашматун?

Я пристально смотрю на него. Это не тот вопрос, которого я ждала.

— О чем ты?

— Хватит притворяться, – шипит он. На краткий миг его глаза вспыхивают, отразившись от глаз Анаса. – Внутри тебя демон, значит ты не можешь быть сосудом для Рашматун. А теперь говори, что ты сделала с богиней?

Я оглядываюсь, привыкая к роскоши мира, в который вернулась благодаря Иламу. В голове у Асахара тихий гул; я не могу получить ответы прямо сейчас.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. – Затем, после краткой паузы: – Рашматун не существует.

Даже когда эти слова слетают с моих губ, я не верю в то, что говорю. Не существует или мне хочется так думать? Несомненно, что и Чандри, и Асахар обладают схожей магией. Это магия Прародителей – та, которой я должна была овладеть, но не овладела.

Почему? Почему Рашматун меня отвергла?

— Я оказал тебе милость, не убив сразу, а ты лжешь мне в лицо? – Асахар поднимает клинок. Сейчас у меня нет сил даже вздрогнуть. Илам рычит, но не делает попыток меня защитить. Его страх обжигает меня, как порыв ледяного ветра. – Что ты будешь делать, если я расскажу всей Аритсье, что их богиня мудрости – шаман крови?

Внутри у меня все переворачивается. Лучше смерть, чем пожизненное презрение. Могу ли я избавиться от Асахара, не рискуя своим положением? Достаточно ли силен Илам, чтобы его одолеть…

Тише, говорит Кавита. Слушай и наблюдай. За этим кроется что-то еще.

Несмотря на то что меня пугает ее голос, я прислушиваюсь к ее словам. Делаю глубокий вдох, очищаю разум. Жду, наблюдаю.

— Я спрашиваю тебя еще раз, – говорит Асахар. – Что ты сделала с Рашматун?

Все эти годы они тебя не подозревали, говорит Кавита. А сейчас вдруг опомнились. Почему?

— С чего ты решил, будто я что-то сделала? – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Страх Илама сильно влияет на мою уверенность в себе.

— Конечно сделала! Иначе сейчас она была бы с тобой!

Кажется, Асахар пока не намерен меня убивать. Странно. Он ударил меня кинжалом, чтобы выманить Илама, и, обладая силой божества, мог легко добить меня, как только увидел демона. Однако он этого не сделал.

А значит, кем или чем ни была бы Рашматун, она для него важна. И он вместе с прочими Ракхтами нуждается во мне, чтобы ее найти.

— Почему я должна возвращать вам Рашматун? – спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

Асахар выпячивает грудь и снова обращает взор на статую Анаса.

Я слышу, как неровно бьется его сердце.

— Город затопило, потому что ты плохо контролируешь своего демона. Твой собственный народ желает свергнуть тебя с трона. Ты подвела их, а теперь спрашиваешь, почему должна вернуть Рашматун?

— В самом деле? Насколько я понимаю, ты готов сжалиться надо мной, лишь бы твоя так называемая богиня вернулась.

— Вот же нахалка…

— Конечно, ты можешь убить меня прямо здесь и сейчас. Избавиться от головной боли. – Сцепив пальцы за спиной, я прохаживаюсь вокруг Асахара. – Все твои маленькие грязные секреты умрут вместе со мной, как и тайна Рашматун. Или же мы можем договориться?

Асахар сжимает рукоять кукри, явно пытаясь восстановить подобие контроля. Возвращается на возвышение, поглаживает одну из голов Анаса. Почему он так одержим этим змеиным божеством?

— Я не люблю заключать договор на неравных условиях, Бинса.