Книга Приключение в Зиму, страница 172 – Катарина Ёлохова

— И что же она тебе говорит? — скептично выгибаю бровь.

Не то чтобы я не верю Кассу. Но верить сейчас всему, что он слышит, — всё равно что довериться зеркалу в комнате, полной кривых отражений.

Мёртвые могут врать. Или им может казаться, что они говорят правду, тогда как их слова — всего лишь эхо чужих желаний.

— Она просит освободить её.

Глава 82 СКАЙЛОР

Ноги сами несут меня по гребню крепостной стены — туда, где под самым носом собирается огромное полчище дикарей.

Они всегда превосходили наших воинов по силе, ярости и упрямой настойчивости захватить и подчинить себе как можно больше земель. Но теперь они превосходят нас во всём: в численности, в усиленных доспехах, оружии и чудовищной уверенности, с которой они выстраиваются у стен столицы так, словно не собираются брать её штурмом, а всего лишь пришли забрать своё.

И весомым аргументом в их «праве», судя по всему, станут именно они — драконы.

Настоящие, мать твою, драконы, которые давно превратились в красивую и мрачную легенду.

Я замечаю их сквозь пелену острого вихрящегося снега, который так и норовит изрезать мне лицо и выколоть глаза. Их тёмные массивные силуэты, с крыльями, способными накрыть собой целый город, кружат над лесом неподалёку, как зловещее обещание скорой бойни.

Они нас просто сотрут с лица земли.

А тех, кто не успеет погибнуть под горящими обломками, добьют дикари.

Это не война.

Это, тролльево дерьмо, самое настоящее истребление!

Спланированное. Разожжённое. Направляемое.

Истребление ни в чём не повинных горожан, которые станут всего лишь разменной монетой в смертельной игре. В игре вокруг тысячелетней тайны, которую всеми правдами и неправдами пытаются не выпустить наружу.

— Чтоб тебя Многоликая забрала! — ударяю кулаком в стену, будто это поможет мне избавиться от навязчивых мыслей, что одна за другой вспыхивают в голове.

Боль простреливает костяшки. Острая. Горячая. Спасительная. Она на несколько мгновений заглушает этот навязчивый и до отвращения спокойный голос в моей голове.

Но стоит мне оттолкнуться от стены, в которой я увековечил отпечаток собственного кулака, как этот голос, точно яд, снова просачивается в каждую бурлящую от ярости клетку моего тела.

«Культ Хранителей Порядка, — нарастающим эхом звучит он. — Так называют себя те, кто вот уже полторы тысячи лет пытается спасти мир. От смесков».

Я стрелой срываюсь с места.

Взбесившееся сердце подпрыгивает куда-то к горлу.

Холодный пот смешивается со снегом на лице.

Перед глазами — каменные стены с деревянными подпорками и эти летающие над лесом твари.

А в горящих ушах всё ещё звенит её голос: «Смески и чистокровные — это давние заклятые враги. Ещё в начале времён чистокровные возненавидели смесков за то, что те умели принимать звериную форму. Затем смески начали мстить чистокровным за ненависть и страх. Так продолжалось тысячелетиями. Пока в одной великой войне смески почти не уничтожили чистокровных».

Я резко сворачиваю на следующий полуразрушенный участок стены. Перепрыгиваю через натянутые канаты и брошенные ящики со сломанными стрелами.

Льдистый ветер рвёт в ушах.

Или это кровь шумит так, что я уже не различаю разницы.

«После войны чистокровные почти исчезли, — перед глазами вновь всплывает образ Селены, и я едва не поскальзываюсь, чудом не рухнув в зияющую брешь между камнями. — Остатки их Гнёзд объединились и создали Культ Хранителей Порядка».