Книга Дневник убитой женщины, страница 174 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Озарение посетило Гурова весьма своевременно. Парни же ему русским языком сказали, что Казарновский парковался на другом месте. Наверное, поэтому они заметили его только раз. Что, если Даниил не хотел мелькать у бывшей жены перед глазами и поэтому не торчал на самом виду? Полковник покинул салон авто.

— Где точно стояла его машина, показать сможете?

Догадка подтвердилась. Казарновский немного слукавил, когда сообщил, будто стоял через улицу. Он понимал, что его слова перепроверят, поэтому догадался сказать полуправду: дескать, наблюдал за дочкой из своей «Ауди». Вся правда, однако, состояла в том, что машину он ставил не через дорогу, где автомобиль запросто заметила бы Марина, а позади дома, за кустами, на обочине объездной дорожки. Надо полагать, именно поэтому мужчину видели единожды. Исходя из опыта, он впоследствии парковался глубже в кустах, чтобы лишний раз не мелькать и перед охраной тоже.

Вроде бы невинная, безобидная ложь. В конце концов он же откровенно признался Гурову, что приезжал сюда почти каждый день, просто не стал уточнять, что прятался от жены и охраны. И все же полковника эта белая ложь встревожила. Зачем утаивать сущую мелочь, которая тебе ничем не навредит?

Поблагодарив и отпустив охранников, Гуров принялся осматривать кусты и прилегающую территорию. Девяносто девять процентов коры его головного мозга понимали, что люди порой лгут без причины или по причинам смехотворным. Особенно в присутствии полиции, когда обуревает страх ляпнуть лишнего. Почти каждый, кроме редкостных болтунов, опасается на допросе, что его слова будут истолкованы неверно. Тем не менее оставшийся один процент мозговой коры наотрез отказывался принимать обман, лишенный мотивов. «Нет, — упрямо настаивал этот кусочек безымянной извилины, — мотива не могло не быть, и ты обязан докопаться до истины, разыскав его».

Въедливая извилина не обманула хозяина. Весьма быстро Гуров удостоверился, что из-за кустов невозможно наблюдать за окнами, тем более с этой стороны окон очень мало, большую часть занимает глухой участок стены. К слову, фотографии сделаны Даниилом с парадной стороны, когда он подъезжал к дому, тогда как отсюда ни одной, что и неудивительно. Как же отец собирался наблюдать за дочуркой, прячась в углу, откуда ничегошеньки не видно? Поразительное открытие перекрасило белую ложь Казарновского в другой, более зловещий цвет.

«Рановато мы решили отбросить версию номер два, родных и домочадцев еще необходимо хорошенько потрясти», — подумал Гуров, когда услыхал шум, шедший изнутри особняка.

Поблизости находилась дверь черного хода, которую криминалисты оставили для полковника незапертой, как и парадную. Лев Иванович открыл ее и вошел в дом.

* * *

Шумели домработница и кухарка, которые, как нетрудно догадаться, пришли подготовить дом к возвращению хозяйки. Гуров их поприветствовал; женщины удивились присутствию оперативника.

— А мы-то думали, что ваша команда здесь закончила, — растерянно пробормотала Сняткова. — Нам сказали, что в гостевой дом пока еще заходить рано, а в главном доме можно прибираться.

— Можно-можно, — подтвердил Лев Иванович. — Я здесь просто осматриваюсь. Хочу яснее представлять, в какой обстановке жила Инна.

Женщины синхронно кивнули и направились в сторону кладовки, где хранились их рабочие халаты, фартуки, бытовая химия, швабра, веник с совком, пылесос и все прочее, что необходимо для наведения порядка в доме. Гуров шел по пятам, сопоставляя личные впечатления от увиденного с фотографиями, выполненными командой криминалистов.