Книга Дневник убитой женщины, страница 171 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Крах надежд, — сказал Крячко.

— Крах надежд, — повторил Гуров.

— Обидно немного. Хорошая была версия.

— Так себе версия. Просто тебе хотелось, чтобы мошенники оказались одновременно и убийцами, — честно прокомментировал Лев Иванович. — Поверь, мне хотелось того же. В ходе всего допроса я только и делал, что искал, как бы зацепиться за их слова. Рассчитывал услышать нечто подходящее в качестве мотива. Не получилось. Ну не годятся они в подозреваемые, причин для убийства у них нет совершенно, зато причина не убивать есть сильнейшая.

Правда в том, что начисто отсутствовали мотивы и у других людей из окружения Казарновской. А значит, оперативникам предстояло вернуться к изначальной версии: убийца — похититель. Естественно, Гуров не собирался так быстро сдаваться. Несколько допросов еще не дают полной картины. Завтра криминалисты завершают работу в главном особняке, поэтому полковник собирался посетить его. Лично осмотреть все здание, получить представление о комнате девушки, пошарить в комнатах «безгрешной» четы, благо на обыск имелся карт-бланш.

Вдобавок еще до того, как блуждать по дому, Лев Иванович планировал посидеть в машине. Просто посидеть и осмотреться, поставив ее туда, где ставил свою Даниил Казарновский. Что это дает? Знать бы заранее… Но потратить пару минут ради эксперимента расследованию не навредит. В любом случае требовалось немного подождать, пока эксперты не соберут чемоданчики с потенциальными уликами.

Зазвонил смартфон. «То тюлень позвонит, то олень», — с досадой подумал Гуров, но тут заметил надпись, извещавшую, что звонок от Игнатьевой. Очень вовремя.

— В субботу ближе к вечеру собираемся почаевничать у «мамы Риты», — поделилась Анастасия. — Сможешь к нам присоединиться?

— Суббота — это же пятое? — уточнил Лев Иванович. — Отлично! Ни за что не пропущу. Записываю адрес.

— Не записывай, я за тобой заеду. Скажи, где тебя лучше подобрать.

Гуров назвал координаты. Ему нравилась идея провести время со знакомыми, от которых столько лет ни единой весточки не получал. Общение с приятными людьми помогло бы развеяться и вспомнить старые добрые. Кроме того, Лев Иванович надеялся задать Игнатьевой еще несколько вопросов, поскольку за прошедшие сутки лучше узнал Казарновскую и ее окружение. Вооружившись новыми знаниями, он рассчитывал порасспросить о Марине и ее бывшем, который, как выяснилось, помнил Анастасию.

— Собираемся все вместе, полным составом? — полюбопытствовал Гуров.

— Да, Илюша тоже придет.

Уныло тянулись пустые дни мартышкиного труда. Эксперты копошились в домах Казарновской и тщетно пытались выяснить, по какой улице возвращалась Инна шестнадцатого июня. Если бы работа увенчалась успехом, тогда специалисты сузили бы поиск: проверили все камеры на той улице, поискали бы вещественные улики на тротуаре и в траве, попытались расспросить возможных свидетелей. Какие-то факты непременно раскрылись бы. Сейчас же приходилось действовать вслепую и потому с нулевым результатом. Допросы, проведенные Гуровым, тоже не принесли полезной информации. Очевидно, что Марину окружали лжецы и проходимцы, но на убийцу никто из них не походил. Кого и о чем спрашивать далее, полковник не представлял, отчего присоединился к команде в тягомотной проверке видео с дорожных камер.