Книга Сумей дождаться рассвета, страница 45 – Ирина Бовтрукевич

Курс доллара скакал, увеличиваясь иногда за сутки в два-три раза, за счет чего процветали валютчики. Продукты дорожали с космической скоростью, магазинные прилавки зияли пустотами. Денег хронически не хватало ни на что! Вот мы с Генкой и придумали «челночить», как поступали тогда многие. От безысходности.

Мне надо было сделать визу, оформить все документы и, самое главное, купить товар, который успешно продавался бы в Польше. На это тоже требовались деньги, которые с огромным трудом удавалось наскрести по всем карманам родных. Поездки давались непросто: мы мерзли в автобусах, стояли по несколько суток на границе и страшно боялись бандитов, грабивших целые автобусы. А еще мы ночевали в гостиницах Польши. Именно эта соседняя страна стала моей первой «заграницей».

Тогда так выкручивались многие, кто хотел выжить и накормить свои семьи. Однако я никак не могла отделаться от чувства унижения, преследовавшего меня каждый раз, когда надменные иностранцы, проходя по импровизированным торговым рядам, смотрели свысока, решая, купить ли товар…

* * *

От Димы не было слышно ничего. Вообще. Он уехал и будто растворился. Ни денег сыну, ни звонка от его родителей с вопросом, живы ли мы тут вообще. Ни-че-го!

Постепенно я поднялась-таки с колен и немного воспрянула духом. У меня появились новые знакомые, коллеги, друзья и Лада — женщина, с которой мы остались хорошими приятельницами на многие-многие годы. Конечно, в моей жизни появлялись и мужчины. Дружба с Генкой стала еще крепче. Я понимала, что его тянуло ко мне как магнитом: он ловил любой момент, чтобы оказаться рядом, чему способствовали общее место работы и общие интересы. Этот парень мне нравился, с ним было тепло и уютно, интересно и весело. Но про его уход из семьи речь даже не заходила, а посему — с моей стороны могла быть только дружба.

В это время я получила маленькую двенадцатиметровую комнатку в общежитии от Академии наук и переселилась туда с сыном, который заканчивал уже второй класс. Далась мне комната страшно сложно: минчанам место в общаге не полагалось по законодательству, и никто не собирался мне ничего предоставлять. Это был бой! Мой первый реальный бой с академическим профкомом за свое место под солнцем. И его я выиграла.

Мне дали комнату без балкона, страшненькую, с тараканами… Будто проверяя — выдержишь? Но моему счастью не было предела. Ведь это отдельное жилье! Мое, где я могла жить так, как я хотела, а не по расписанию и правилам родителей.

Я с диким энтузиазмом принялась за ремонт и сама, своими руками с помощью Лады, отремонтировала комнату, сделав из нее, как мне казалось тогда, конфетку. Свои двенадцать метров я умудрилась зонировать при помощи шкафа так, что получились сразу и кухня, и спальня, и учебный кабинет для сына. На рынке по дешевке купила бэушную посуду и недостающие предметы интерьера.

Генка помог перевезти от родителей мой небогатый скарб — и комнатка превратилась в уютненькое малюсенькое гнездышко. Здесь я смогла наконец-таки отогреться душой и телом, ведь почти ничего не напоминало о прошлой страшной жизни со сплошными предательствами и изменами.

В этой же общаге проживали многие знакомые с работы. Вместе мы отмечали дни рождения, Новый год и другие праздники, бегали друг к дружке за солью и разными мелочами, да и так просто заходили на минуточку. За несколько лет я обросла огромным количеством друзей и приятелей. Теперь мой мир составляли сын, любимая работа, интеллигентные коллеги, новые друзья и общага. И я была счастлива, несмотря на нищету в стране — и мою собственную.