Книга Хозяйка Кленовой Долины, страница 15 – Ayashka Ahmedova

Поняв, какую власть я имею над этим сильным человеком, я уверенно повела рукой вверх и вниз по всей его длине, сжимая ладонь. Нейтен запрокинул голову, тяжело и прерывисто дыша. Тогда я наклонилась ниже. Мои рыжие волосы рассыпались по его животу. Я приоткрыла губы и нежно взяла его горячую, пульсирующую плоть в рот.

Нейтен громко застонал, вонзая пальцы в простыни. Я начала плавно двигаться головой вверх и вниз, лаская его языком, обхватывая губами так глубоко, как только могла. Мои неопытные, но полные страсти движения сводили его с ума. Мужчина под под до мной крупно дрожал, его бедра непроизвольно подавались навстречу моим губам.

Когда я почувствовала, что его тело напряглось до предела, а дыхание превратилось в хриплый рык, сигнализирующий о том, что он находится на самой грани, Нейтен резко, но бережно перехватил меня за плечи и остановил. — Жаклин, стой... — хрипло выдохнул он.

Он успел отстранить меня в самую последнюю секунду. Сильные, горячие струи его семени брызнули на его собственный плоский живот и мои ладони.

Нейтен тяжело рухнул обратно на подушки, его грудь бурно вздымалась. Несколько минут мы просто лежали рядом, переплетя пальцы рук и медленно приходя в себя после этой огненной, безумной бури. Переведя дух, я аккуратно поднялась с кровати, привела в порядок свою одежду и, подарив Нейтену короткий, нежный поцелуй в губы, тихо выскользнула из его комнаты.

Возвращаясь к себе в спальню по темному коридору, я улыбалась. Теперь Кленовая долина принадлежала нам двоим, и мы были готовы встретить любого врага.

После той безумной, обжигающей ночи в комнате Нейтена спала я на удивление крепко. Проснувшись, я долго разглядывала свои ладони, словно на них всё еще оставалось тепло его кожи. Чувство вины перед приличиями напрочь отсутствовало — внутри меня горел сладкий, тягучий огонь осознания того, что этот сильный, суровый мужчина теперь полностью принадлежит мне, а я ему.

Утро встретило нас прохладной изморосью. Сразу после быстрого завтрака, на котором мы с Нейтеном старательно избегали долгих взглядов, чтобы не вызвать подозрений у Виолы, я отправилась в дальнее крыло конюшни к Шторму. Серо-яблочный жеребец уже не выглядел таким испуганным, как вчера. Когда я тихо вошла в денник, держа в руке сочное красное яблоко, он лишь настороженно прянул ушами, но не отпрянул назад.

— Ну же, хороший мой, я не обижу тебя, — мягко ворковала я, медленно протягивая ладонь.

Шторм сделал один робкий шаг вперед, шумно втянул ноздрями воздух и аккуратно, одними губами забрал угощение с моей руки, смешно захрустев.

— Невероятно, — раздался за моей спиной тихий, восхищенный голос Нейтена. Он стоял, опершись на деревянную перегородку, и в его глазах читалась искренняя, глубокая гордость. — Ко мне он до сих пор не подпускает ближе, чем на два метра. У тебя действительно редкий дар, Жаклин. Ты лечишь его душу. Я тепло улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от его похвалы. До самого полудня мы возились со Штормом, вычищая его запущенную шерсть и обрабатывая заживающие раны мазями. Нейтен руководил процессом, но его случайные прикосновения к моей талии или плечам, когда мы разминались в узком деннике, заставляли мое сердце пропускать удары.