Книга Дракон отдал мое место другой, страница 52 – Виолетта Вейл

— Вы знали про договор до приезда сюда? — спросила я.

Она отвела глаза.

— Нет.

— Лжете.

— Хорошо. Догадывалась.

— Сколько?

— Достаточно, чтобы понимать: если меня позвали ко двору, это не потому, что тетке Кайрана вдруг понадобилась приятная собеседница из южного дома.

— И вы согласились.

— А вы бы отказались на моем месте? — резко спросила она. — Когда вам с детства объясняют, что судьба семьи может зависеть от того, насколько хорошо вы сумеете войти в нужную дверь и не опозориться в нужном зале?

Я стиснула книгу сильнее.

Вот она. Та самая правда, которую дворец любил прятать под романтикой и выбором крови. Женщин здесь всегда приводили как ответ на чьи-то старые счета, а потом удивлялись, почему они начинают рвать друг друга зубами.

— Это все равно не объясняет, почему вы повторяли мои привычки, — сказала я.

Она побледнела чуть заметнее.

— Это не всегда было моей идеей.

— Чьей?

Она молчала.

— Морайи?

Тишина.

— Иары?

Едва заметное движение ресниц.

— Лорд-распорядитель? — спросила я уже тише.

Эстера отвернулась к окну.

— Мне сказали, что дому будет легче принять меня, если я не стану выглядеть совсем чужой.

— То есть из вас делали не новую хозяйку. Из вас делали удобную подделку.

Она резко повернулась.

— Не говорите так, будто вам одной больно.

— А вам больно?

— Мне жжет руку. Мне рвет кожу платье, которое не должно было на мне быть. Меня дергают из комнаты в комнату и каждый день напоминают, что я должна улыбаться, говорить мягче, сидеть ровнее, дышать спокойнее и не показывать, как быстро все это начинает трещать. Вам мало?

— Мне достаточно, чтобы понять: за вашей спиной стояла не любовь.

Она смотрела на меня долго.

Потом очень тихо сказала:

— Нет.

Вот и все.

Одно короткое слово.

Но в нем было больше правды, чем во всех их красивых речах у огня, за ужином и в янтарной галерее.

— А что? — спросила я.

Она закрыла глаза на секунду.

— Сделка.

Я почти не удивилась. Почти.

— И он знает?

— Не знаю. Может, не знал сначала. Может, ему сказали так, чтобы он поверил, будто сам пришел к этому выбору.

— А вы?

— А я пришла сюда как женщина, которой велели стать ответом на старый долг. И только потом уже началась вся эта история с кольцом, огнем и попытками убедить всех, что дом сам меня признал.

Она посмотрела на мою книгу.

— Если вы это прочитали, то должны понимать: назад уже не будет просто.

— А вперед у нас, будто бы, когда-то было просто.

В коридоре послышались шаги. Тяжелые, мужские. Кто-то шел со стороны совета. Эстера вздрогнула почти незаметно.

— Вам нельзя было оставаться здесь одной, — сказала она.

— С вами?

— С книгой.

Я усмехнулась.

— Какая трогательная забота.

— Это не забота. Это здравый смысл. Если они увидят этот том у вас, начнут действовать быстрее.

— Они и так уже несколько дней бегут.

Она сделала шаг ко мне. Впервые по-настоящему близко. Так, чтобы мне не пришлось гадать, какой запах у нее свой, а какой — навязанный чужими духами. Никакой особой сладости. Только холод, слабая лекарственная горечь и усталость.

— Тогда хотя бы не будьте дурой, — сказала она. — Если за мной стоит старый долг, то за вами — что-то дороже. Иначе вас бы не оставили рядом.

Вот теперь уже дрогнула я.

Потому что это была мысль, к которой я сама пришла десять минут назад в библиотеке.