Книга Крушение Турмфальке, страница 121 – Сергей Трифонов

— Тогда давай будем отрабатывать эту версию. Тем более, что для других у нас вообще нет никаких фактов. Итак, – Грабин взял чистый лист бумаги и карандашом расчертил его на две половины, – факты, улики, показания, работающие на нашу версию.

— Первое, – продолжил Савельев, используя записи в своем блокноте, – это показания Баура, Раттенхубера, Гюнше, Линге, Монке, Менгесхаузена, генерала Вейдлинга, подполковника Вейсса, врачей и медсестёр госпиталя, техника гаража рейхсканцелярии, истопника, и ещё показания более пятидесяти эсэсовцев, охранявших бункер. Все сходятся в одном: 30 апреля между 15.00 и 17.00 Гитлер и Ева Браун покончили с собой.

— Теперь давай проверим этот факт на хрупкость, – Грабин, сделав краткие пометки в левой половине листа, в правой поставил цифру «1». – Кто из допрошенных лично видел трупы Гитлера и Браун?

Савельев, подумав минуту, ответил:

— Раттенхубер, Гюнше и Линге, которые лично помогали солдатам выносить трупы в сад рейхсканцелярии. Эсэсовец Менгесхаузен с уверенностью подтвердил, что видел лица Гитлера и Евы Браун. Из тех, кто по различным показаниям присутствовал в кабинете Гитлера после его самоубийства, это Борман, Геббельс, Бургдорф и Кребс. Борман исчез из поля нашего зрения 2 мая. Геббельс покончил жизнь самоубийством. Генералы Кребс и Бургдорф застрелились.

Грабин развел руками.

— Вот так, дорогой мой. Только трое. А кто они, эти трое? Ты думал? Вот именно! Раттенхубер, начальник службы безопасности Гитлера, да два его подчиненных, личный адъютант Гитлера Гюнше и главный камердинер Линге. Оба штурмбаннфюреры СС.

— Ну и что из того, что только трое? – в ответ спросил Савельев. – Они, что, не могут рассматриваться как свидетели?

— Могут. Но этого мало. Очень мало, – Грабин в правой части листа поставил цифру «2». – Теперь вопрос о том, как покончили собой Гитлер и Браун? Твой Баур, Монке, адмирал Фосс, генерал Вейдлинг и многие другие утверждают, что Браун отравилась, а Гитлер застрелился из «вальтера» калибра 9 мм, который затем спёр Аксман. Все видели лужу крови в его кабинете. На тыльной стороне черепа, в затылочной части, обнаруженной позднее в той же воронке, имеется пулевое отверстие. Это подтверждено документами экспертизы, сделанной 8 мая людьми Шкаравского. Что, Гитлер себе в затылок пулю пустил? По словам же Линге, он, выполняя последний приказ Гитлера, вошёл в кабинет и, обнаружив трупы, выстрелил в них из «вальтера», принадлежавшего Гитлеру? Причём, получается, Гитлеру в затылок.

— Какая разница, застрелился Гитлер или отравился? Стрелял Линге в трупы или нет? – спорил Савельев. – Очевидно одно – Гитлер и Браун отравились цианистым калием. Все, давшие показания, в один голос утверждают о сильном запахе горького миндаля, разносившемся в кабинете и приемной Гитлера.

— Да, Раттенхубер и доктор Хаазе, начальник госпиталя, показали, что у Гитлера имелись ампулы цианистого калия, которые он получил от личного врача Штумпфеггера. Хаазе по приказу Гитлера лично проверил действенность яда на овчарке Блонди и ее щенке. Всё это так. Но почему лжёт Линге? – наседал Грабин.

Офицеры распахнули окно, закурили, немного помолчали. Савельев открыл папку с протоколами допросов Раттенхубера. Полистал, сделал закладку и передал Грабину.