Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 123 – Василий Моисеев

Орденоносец улыбнулся:

— Не волнуйтесь, координаты у нас точные. И ориентиры тоже. От надежных людей узнали.

И посмотрел на председателя как-то странно. Не просто с любопытством, а вроде как с осуждением, с интересом, с желанием понять то, что до сих пор пока не понял. За этим, похоже, и приехал.

Чернушкин вздохнул. Догадался, с какой целью пожаловали рязанские оперативники. Он ждал их. С того самого дня, когда засунул в резиновый сапог пистолет Макарова.

— Где мы сможем поговорить? – Ковалев спрятал в карман предъявленное удостоверение. – Без посторонних чтоб.

Хозяин пожал плечами:

— Места полно. Вдвоем с бабкой в четырех комнатах кукуем. Давайте в зале. Может, организовать чего? Чайку, кофейку, бутербродики? С дороги не помешает животы погреть.

Вадим вопросительно глянул на помощников. Те отрицательно покачали головами. Сама идея выглядела заманчивой, но предложенные для сугрева напитки доверия не вызвали. Причину отказа озвучил Шмелев.

— Мы у вас не задержимся, – Дмитрий говорил важно и уверенно, не допуская мысли в ином развитии событий, – для вас же лучше будет. Сами должны понимать.

Чернушкин усмехнулся. Глянул снисходительно на молодого оперативника и невесело обронил:

— Я-то понимаю, мил-человек, а вот понимаете ли вы? Не уверен. Я свое прожил, мне одному почти столько лет, сколько вам троим, так что пугать-стращать меня не надо. Где вы раньше были, если такие прыткие?

Дмитрий вопросительно уставился на Ковалева, не сморозил ли, мол, чего лишнего. Что-то дед разнервничался. Не напортить бы чего. В присутствии старших рекомендуется все-таки поменьше говорить, а больше слушать. Однако майор промолчал. Пришлось отвечать.

— Когда раньше? Я институт только закончил.

— Раньше, мил-человек, когда ко мне приезжали такие же сопливые юнцы, как ты, и вот здесь, в этом самом зале, за грудки брали. Где вы были, когда бандиты перед моим носом наганом вертели? Когда бабку на моих глазах порешить грозились? Где, я спрашиваю?

Поскольку Дмитрий совсем недавно корпел над институтскими шпаргалками, то вопрос рассерженного председателя адресовался, надо полагать, самому старшему из визитеров, Ковалеву. Где он был, если председатель Чернушкин оказался совершенно незащищенным от бандитского беспредела. А действительно, где он был три года назад? На работе. В УВД. В этой же должности. В звании капитана, правда. Почему же тогда все совершаемые в Рязани и области преступления проходили мимо их отдела? Стороной проходили. И не только мимо УГРО, а вообще мимо УВД. А если и попадали, то с неизменной директивой «сверху»: дело спустить на тормозах. Или закрыть за отсутствием состава преступления. Неслучайно бывший начальник УВД на вопрос о наличии в области организованных преступных группировок иронично заметил: «всякая организованная группировка предусматривает регистрацию во властных структурах. Поскольку лично я подобных регистраций не выдавал, то с полной ответственностью могу сказать, что в Рязани организованных преступных группировок нет». Бывший начальник УВД ничего не знал и не слышал о беспределе братков Хана. Не хотел знать. Неслучайно в те годы ни одно громкое дело не дошло до суда.

— Я знаю, зачем вы приехали, – продолжал возмущаться председатель, – и крутиться-вертеться перед вами не буду. Оружие отдам. И оформляйте как хотите. С обыском, без обыска. Мне все равно. Перед народом моя совесть чиста, а закона вашего я не боюсь.