Книга Слепая зона, страница 184 – Сара Парецки

— В детстве я часто наблюдала, как бабушка распускает старые свитера, чтобы использовать нитки на что-нибудь новое. Она начинала с бесформенного пучка, подергивая то там, то сям, пока вдруг не находила кончик, который превращал пучок в длинную нитку. Я надеюсь, у Сайруса есть такой кончик. – Вытащив из своей сумки на длинной ручке пачку бумаги, я начала рисовать прямоугольники: «Сенчури», «Гейтвэй», «Ламия», «Хоум фри». Над прямоугольниками я написала имена людей, которые имели отношение к каждой из этих фирм. – Все эти ребята как-то связаны друг с другом, но как? Если я это выясню, вероятно, узнаю, кто убил Дердри. Я почти уверена, что ее убил Джаспер Геккомб или один из его приятелей, но не могу дать стопроцентной гарантии. И до тех пор, пока не пойму, почему ее убили, не смогу понять кто.

Способность долго пребывать в плохом настроении не входит в число недостатков Мюррея. Прежде чем я дошла до середины рассказа о «Сенчури», о Фиби, о «Ламии», о тайнике Джаспера и о своей стычке с Энтоном на стройплощадке «Хоум фри», он вытащил блокнот и стал лихорадочно записывать.

— Ты думаешь, «Джей-эй-ди холдингз» – это твои три мушкетера? Постараюсь выяснить.

Я усмехнулась:

— Говоришь как настоящий соучастник заговора.

— Откуда к Джасперу приходят наличные?

— Не знаю. Не знаю и куда они уходят. Часть наличных идет на выплату подрядчикам без ведомостей, чтобы не платить налоги, но пять миллионов – слишком большая сумма для этого.

— А Эмили Мессенджер?

Я покачала головой.

— Мне хотелось бы распутать эту историю отдельно. Думаю, тот, кто убил ее мать, охотится за ней, полагая, что девочка может опознать его. Если убийца узнает, что Эмили не видела ничего, кроме пары ботинок, возможно, она получит некоторую передышку. Но Эмили слишком много пережила, и я не допущу, чтобы ее постоянно расспрашивали.

Мюррей уже осушил одну бутылку и попросил другую.

— Я знаю, твои приятели в полиции думают, что это она убила свою мать, и смогут предъявить улики для получения ордера на арест через день-два, непонятно только, каким образом, по их мнению, выкрутится Фейбиан.

Я старалась не выдать лицом или голосом, какой шок испытала при этом известии. И все из-за Конрада и Финчли. Им было уже все известно, когда мы виделись сегодня днем, но они ни словом не обмолвились.

Тем временем в зал вошел Сайрус. Он сделал ручкой нескольким посетителям и водрузил себя на табурет у стойки. Я отодвинула свой стул поглубже в полумрак, чтобы он не заметил меня.

— Нам нужно поговорить с ним, пока он не пристроился к кому-нибудь, – шепнула я Мюррею.

— Не надейся, что я воспользуюсь своим шармом для конкуренции со здешними завсегдатаями, – буркнул в ответ Мюррей.

— Зануда. – Я набросала записку на листке из его блокнота. – Отдай это ему и постарайся своим туловищем заблокировать ему обзор зала. Если я правильно рассчитала, Сайрус, прочтя мое послание, будет готов к тому, чтобы выйти с тобой через черный ход.

Пока туша Мюррея прикрывала меня от Сайруса, я положила двадцатку на столик и осторожно прошла в рабочее помещение. Там были туалеты, телефоны и кабинеты владельцев, используемые как офисы и кладовые. Я попыталась открыть дверь в офис. Она была заперта, но не очень крепко. Я достала из бумажника кредитную карточку, вставила в щель, и замок открылся как раз в тот момент, когда появились Мюррей и Сайрус. Сайрус нервно оглядывался на ходу – он еще не увидел меня. Я схватила его за руку и втолкнула в кабинет, а Мюррей подтолкнул его сзади. Я включила свет, нашла стул и села спиной к двери.