Книга Слепая зона, страница 187 – Сара Парецки

Мы помолчали минуту-другую. Это была мерзкая история. Я взглянула на Мюррея, и он незаметно кивнул: Сайрус рассказал все.

— Мы выйдем через черный ход, – сказала я Сайрусу. – Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь следил за тобой, – прошло уже две недели. Но давай не рисковать: они не должны знать, что ты вступал со мной в контакт. Я не при деньгах, – добавила я, обращаясь к Мюррею, – а Сайрус должен купить бутылочку «Вдовы», чтобы отпраздновать такое событие: он скинул меня с плеч. Я видела ее в меню, она стоит восемьдесят баксов.

Мюррей скорчил гримасу, но вытащил из бумажника четыре двадцатки. Мы дали Сайрусу пару минут, чтобы вернуться в зал, и вышли через узкий коридор.

Мы с Мюрреем, не разговаривая, устремились вниз по Бродвею. Было около десяти, но на Белмонт мы отыскали забегаловку, нам подали мучные тортеллины. Официант сидел за столом вместе с группой из пяти человек, спорящих о конкурирующих достоинствах гостиниц «Игл-Ривер» и «Спринг-Грин» в штате Висконсин. Других посетителей в заведении не было. Приняв у нас заказ, официант снова присоединился к спору. Он предпочитал «Игл-Ривер».

— Итак, новые владельцы «Сенчури» грубо нарушают Закон об общественном кредитовании. Что они могут теперь предпринять? – спросила я, удостоверившись, что никто не обращает на нас внимания.

— Может, продажа еще не закончена, и они боятся, что дело дойдет до федеральных властей и сделку заблокируют. Или Сайрус прав, и они боятся, что твои действия приведут к огласке и разразится скандал. Пока люди жалуются лишь членам городского правления, у «Джей-эй-ди холдингз» нет особых трудностей. Особенно если слухи, дошедшие до Сайруса, верны и кто-то из Вашингтона давит на муниципалитет, чтобы он ничего не предпринимал. Лично мне нравится гипотеза о том, что это давление исходит из конгресса; возможно, здесь замешан наш приятель Алек Гантнер.

— Это не имеет значения. – Я сделала паузу, пока официант выставлял передо мной тортеллини. – Я хочу сказать, не имеет значения, Гантнер ли это, президент или министр строительства, – все они республиканцы и поют хором. Что мне непонятно, так это для чего Белому дому или даже сенатору покрывать грубые нарушения банковской деятельности.

Мюррей фыркнул:

— Ты чудовищно наивна, Варшавски. Посмотри на «Иракгейт», посмотри вокруг: детишки высокопоставленных особ в обеих партиях ведут себя как бандиты, зная, что их папочки, в случае чего, придержат ФБР и налоговую инспекцию.

— Возможно, «Джей-эй-ди» имеет что-то еще с «Сенчури», кроме урезания мелких займов.

Тесто было раскисшее оттого, что тортеллини весь вечер пролежали в горячей воде; я съела немного, чтобы утолить голод, и отодвинула тарелку в сторону.

— Значит, они отмывают деньги. – Мюррей приканчивал свою порцию и с трудом говорил, набив рот сыром.

— Это видно невооруженным глазом. Они открывают «Хоум фри» пятидесятимиллионный кредит. Но такие бабки, разумеется, не для этой скупердяйской конторы. Вопрос в том, куда они идут? Если мы узнаем, что этим занимается «Джей-эй-ди холдингз», как скоро ты сможешь получить информацию о них?

Марри потянулся через стол к моим тортеллини.

— Зависит от того, что отыщется в LEXIS. Или от того, захочет ли расколоться один из моих вашингтонских поставщиков информации. Если придется заниматься поиском вручную, дело может затянуться – не знаю, когда смогу попасть в городские офисы, они сейчас закрыты на неопределенный срок.