Книга 813, страница 65 – Морис Леблан

Альтенгейм ничего не отвечал. Сернин выпрямился и прислушался. Наверху был слышен шум. Входная дверь была, очевидно, сломана, раздавались звуки шагов в передней и в комнатах. Вебер с агентами искали.

— До свидания, барон, до вечера, надеюсь, что в камере ты образумишься.

Он отодвинул связанного в сторону, чтобы освободить дверцу трапа, и приподнял ее. Как он и ожидал, внизу, на ступеньках лестницы, никого не было. Он спустился, оставив за собой трап открытым, точно он собирался вернуться. После лестницы в двадцать ступеней начинался подземный ход, в котором попались Ленорман и Гурель. Он вошел туда и невольно вскрикнул. Ему показалось, что там кто-то есть. Он зажег карманный фонарь – коридор был пуст. Тогда он вынул револьвер и сказал громко:

— Тем хуже для тебя… Я стреляю.

В ответ – ни звука.

«Видимо, это мне показалось, – подумал он, – мысль об этом таинственном существе преследует меня. Все-таки, если я хочу выиграть дело, надо спешить… Отверстие, куда я засунул сверток с одеждой, должно быть недалеко. Я беру сверток – и кончено. Шутка сыграна… Да… такая проделка! Одна из лучших, какую когда-либо устраивал Люпен».

Он дошел до второй двери и остановился. Направо был ход, прорытый Ленорманом, чтобы спастись от поднимавшейся воды. Он нагнулся и лампой осветил яму.

— Что же это такое! – вскричал он. – Нет, этого не может быть. Должно быть, Дудевиль засунул его подальше.

Но, сколько он ни искал, свертка не было, он исчез, без сомнения, он был похищен таинственным существом.

— Жаль, жаль! Все так хорошо шло. Я уже был близок к цели, а теперь надо скорее бежать… Дудевиль ждет меня у входа в павильон Гортензии, и я спасен. Нечего думать о глупостях, надо торопиться… Скорее! А потом можно будет заняться им.

Но, к его изумлению, другая дверь, последняя перед выходом, оказалась запертой.

— Все, – проговорил он, – я попался.

Таинственный черный человек оказался умнее его.

Он был побежден.

Сейчас его схватит Вебер.

III

— Ну, нет! Нет! – воскликнул он, вставая. – На карту поставлена жизнь Женевьевы, и ее во что бы то ни стало надо спасти сегодня же ночью. Впрочем, не все еще потеряно… Если другой сейчас пробрался сюда, значит есть надежда, есть еще выход, и Вебер не поймает меня.

Он начал было исследовать стены туннеля с фонарем в руке, рассматривая кирпичи, как вдруг со стороны трапа раздался отчаянный крик. Он вспомнил, что оставил трап открытым. Он поспешно пошел назад и прошел первую дверь. По дороге его фонарь погас, и он почувствовал, что кто-то проскользнул мимо него, и тотчас же это таинственное существо исчезло неизвестно куда. В эту минуту он натолкнулся на ступеньку.

«Ого! Здесь второй выход, там он сейчас и исчез», – подумал Сернин.

Сверху вновь раздался крик более слабый, потом стоны и хрипение… Сернин бегом поднялся вверх по лестнице в подвал и бросился к барону. Альтенгейм корчился в конвульсиях с окровавленным горлом. Веревки были перерезаны, а тонкая проволока оказалась целой. Не имея возможности спасти барона, его сообщник убил его.

Сернин с ужасом смотрел на страшную картину, и холодный пот выступил у него. Он думал о беспомощной Женевьеве, обреченной на самую ужасную смерть, потому что только один барон знал, где она заперта. В то же время он ясно слышал, как агенты полиции открывали маленькую дверь под лестницей в передней и как они спускались вниз. Он был отделен от них только дверью комнаты, в которой находился. Он быстро подошел и запер ее, почти в тот самый момент, когда они к ней подходили. Трап был рядом с ним… Это была возможность спасения, потому что там был еще выход.