Книга Станция Степная, страница 109 – Владимир Цыбизов

Володя приуныл. Вот не везет. Только хотел бежать к Еремину, а тут мать ушла. Когда это она теперь придет…

Глянул в окно – на улице никого нет. И Колька пропал. Ходит, когда не надо. А то можно было бы его послать к Еремину… Вон Нинка идет и ведет на ремешке Пирата…

Вдруг у Володи блеснула мысль: а что, если к Еремину послать Нину? Только можно ли доверить такое дело девчонке? Кроме того, Еремин прямо сказал, чтобы они никому не говорили про его поручение. Ведь на этом-то он и решил проверить, умеют ли они держать язык за зубами или нет. Подумав, Володя решил, что Нину можно послать, не раскрывая ей всего. Он выскочил на крыльцо.

Нина с Пиратом уже входила в калитку.

— Нинка, – сказал Володя, подбегая к девочке, – ты не проболтаешься?

— А что?

— Дай честное слово, что не проболтаешься.

— Чего не проболтаюсь?

— Ну, дай слово, – настаивал Володя, – а потом я тебе расскажу.

— Ну, не проболтаюсь, а что?

— Нет, ты честное пионерское дай!

— Ладно, честное пионерское, что не проболтаюсь. Ну, говори.

— Смотри, держи слово, – погрозил пальцем Володя. Нина была очень заинтересована такой таинственностью. Широко раскрыв глаза, она хлопала длинными ресницами и, затаив дыхание, смотрела на Володю. Тот сказал:

— Слушай. Беги сейчас к Еремину и скажи ему, что я только что видел Кротова в глиняной яме, которая недалеко от нас.

— А зачем ему сказать?

— Он знает, зачем. Ну, беги, чего стоишь? Стой, повтори, что нужно сказать Еремину.

Девочка, торопясь и проглатывая окончания слов, заговорила:

— Надо сказать дяде Еремину, что ты видел Кротова в яме. Только дядя Еремин у папы дома. У него голова болит. Я тоже была дома, а когда пришел дядя Еремин, папа сказал мне, что я должна пойти погулять, а то давно на воздухе не была. Только я была на воздухе, он забыл. Уже утром была, когда к папе Курочкин приходил. Я сейчас не хотела идти, а папа сказал, что я должна Пирата по воздуху провести.

— Ладно, беги, да молчи, – предупредил еще раз девочку Володя и открыл ей калитку.

Когда мать вернулась, Володя отправился к Коле, чтобы вместе с ним пойти к Еремину: Володя не очень надеялся на то, что Нина рассказала ему все так, как надо. Но дома Коли не оказалось. Он нашел его вместе с Федей и Васей в вагоне. Вскоре сюда же прибежала и Нина. Увидав Володю, она хотела что-то сказать, но тот положил палец на губы. Нина замолчала. Улучив момент, когда на них никто не смотрел, она шепнула Володе:

— Сказала Еремину… Потом искала-искала тебя, а ты вон где. Я бы тебя быстро нашла, по следам, да папа велел Пирата дома оставить.

— Ха, следопытка, – сказал Вася – он услыхал последнюю фразу.

В тот день, когда Курочкин завладел фотокарточками Краснобаевых и хотел показать их Долову, коменданта станции на месте не оказалось. Напрасно прождав его часа два, председатель колхоза поехал к себе в правление. Где Долов – об этом никто ничего не мог сказать и под вечер, когда председатель опять пришел на станцию. Пришлось ждать следующего дня, так как Курочкин больше никому не решался рассказать о своем открытии. А может, это и не открытие? Тут надо хорошо разобраться, глубоко. Долов – мужик серьезный, он заинтересуется этим делом и не станет рубить с плеча. Осрамить человека проще всего. А вдруг Кротов вполне советский человек? Да и к кому еще обращаться по этому вопросу, как не к коменданту?