Книга Марионетка, страница 47 – Николай Владимирович Андреев

— Что значит – какого? – Самсон кивнул в сторону Романова. – Этого.

Тяж нахмурился. Потом криво улыбнулся и наконец рассмеялся.

— Разыгрываешь! Думаешь, мы не видели, как Хома с Лосем на вокзале сверточек старухе передали? Да? А мы их, между прочим, еще до появления пацана засекли.

Самсон опустил глаза. Потер ногтями ладонь и, глядя куда-то в сторону, спросил, стараясь казаться равнодушным:

— Я так понимаю, мой пакет у тебя?

Широко раскрыв глаза, Тяж чуть согнул колени. Хлопнул себя по ляжкам и, показывая пальцем на Самсона, захохотал во все горло:

— Так, значит, ты и вправду еще не знаешь, что нас кинули, как последних лохов? Да? И кто нас кинул, тоже не знаешь? Ну, ты даешь, король!

Самсон недовольно поморщился. Отвернулся и, вынув носовой платок, тщательно вытер потные руки.

— Ладно, – еле сдерживая раздражение, сказал он. – Объясни, что значит: «нас кинули»? И кто это «нас кинул»?

Не переставая хохотать, Тяж перевел палец на Романова.

— Вон он, наш кидала, смотри. Хочешь, потрогай его. А лохов можешь увидеть в зеркале, если вместе со мной подойдешь к нему. – Тяж внезапно перестал смеяться. – Это поэт подобрал у шлагбаума наши пакеты. И уже куда-то вместе с кассетой успел заныкать.

— Да? – Самсон, не зная, куда девать платочек, брезгливо бросил его себе под ноги. – Интересные вещи говоришь, королевич, очень интересные. Что еще скажешь?

— Скажу, что на переезде, где пацан выбросил пакеты, мы нашли одного синяка, который запомнил номер тачки поэта, когда тот забирал их… Ну и вот, как видишь, мы здесь.

Кисло улыбаясь, Самсон недоверчиво посмотрел на Тяжа. Перевел взгляд на Романова и тихо спросил:

— Это действительно ты отправил пацана за пакетами?

Романов зашевелился.

— Я.

— И забрал их на переезде – тоже ты?

— Тоже я.

Пристально посмотрев ему в глаза, Самсон произнес:

— Орел.

— Ага, – подтвердил Тяж. – Только маленький.

Глубоко задумавшись, Самсон медленно вытащил портсигар. Взял папироску и закурил.

— А что ты там, я не понял, сказал про Романова? – вспомнив слова Самсона, сказанные им по поводу того, что тот в своем рассказе «Король, Королевич» обвинил белогорских в ограблении курьера, спросил Тяж.

Снова подойдя к окну, Самсон после длительной паузы произнес:

— Да так… ничего… мысли вслух.

— Нет, нет, погоди. Если ты не знал, кто взял наши пакеты, выходит, ты вышел на поэта каким-то другим путем!.. А значит, ты и в самом деле нашел писателя! Так?

Продолжая о чем-то напряженно думать, Самсон сделал вид, что не расслышал вопроса. Спросил: действительно ли пакеты с деньгами и кассета исчезли.

— Нет, ты ответь, – напирал Тяж. – Это Романов написал рассказ?

Самсон в раздражении швырнул окурок в открытую форточку.

— Можно было бы уже и самому об этом давно догадаться!

— Как?

— Например, сходить в редакцию журнала и там спросить! – как можно ехиднее ответил Самсон.

После чего подошел к Романову и, ткнув носком туфли в бок, спросил, просматривал ли он кассету.

— Да, – ответил тот.

— Кто на ней? Тяж?

Романов пожал плечами.

— Не знаю… не уверен.

— Что значит – не уверен? – повысил голос Самсон.

— Там снят какой-то человек. Но снят плохо, неясно. – Романов виновато развел руками. – Я, честное слово, не знаю.

— Ладно. Где кассета?

— Не знаю. Я, после того как на переезде забрал пакеты с долларами, пришел домой… я хотел сделать копию, чтобы всем – и вам, и Тяжу, то есть Виктору, отправить по экземпляру, и…