Книга Марионетка, страница 48 – Николай Владимирович Андреев

— И что?

Наклонив голову, Романов пальцем показал то место, куда пришелся удар.

— Вот, – сказал он, – кто-то сзади въехал мне по затылку. Я упал, а когда очнулся, денег уже не было. И кассеты тоже… не стало.

Всё то время, пока Романов рассказывал историю о своем ограблении, Тяж с удивлением рассматривал его так, как будто давно знал и не видел много лет. Едва Романов закончил, он обратился с вопросом к Самсону:

— Я не понял! Это что ж получается? Выходит, этот бичара, – он указал пальцем на Романова, – написал рассказ, в котором конкретно научил нас, как нам расстаться с тридцатью тысячами баксов, а потом, значит, после того как мы, два лоха, принесли ему филки, забрал их и спокойненько перетырил. Так? Или я чего-то не понял?

Бросив на него злой взгляд, Самсон прошипел:

— Если бы ты не… – Он замолчал и, махнув рукой, посмотрел на Романова. – Кто такая Петренко? – раздраженным голосом спросил его. – Откуда ты знаешь, что Тяж ограбил моего кассира? Что было на кассете? Кто тебе наплел, что я подставил Тяжа? Отвечай! Кто? Ну? Чего молчишь? Говори, или я убью тебя, с-сука! – Самсон сделал полшага назад и со всего размаха ударил ногой Романова в бок.

Романов попытался отползти в сторону, но Самсон, растопырив пальцы, схватил его за волосы и притянул к себе.

— Сейчас мы с тобой поедем в одно место, – громко зашептал ему в ухо, – и там ты мне все расскажешь! И про кассету, и про то, как я взял план у Головина, и про то, как я убрал свидетелей, и еще про многое-многое другое! Хорошо?

Оттолкнув его от себя, он сказал своему охраннику, чтобы тот забирал писателя.

Однако не успел охранник приблизиться к Романову, как Тяж, взмахнул пистолетом, преградил ему дорогу.

Вслед за ним и все остальные, находящиеся в комнате, схватились за оружие.

Уже направившийся в сторону двери Самсон остановился. С досадой хлопнул себя по бокам и вернулся назад.

Приблизившись к Тяжу, прошептал:

— Ты, конечно, мальчик здоровый, спору нет, однако хочу тебе напомнить, Тяж, что я еще и не таких, как ты, быков в консервные банки закатывал. Опусти ствол! – заорал он на него. Потом обернулся и махнул рукой, приказывая всем убрать оружие.

Тяж, а вслед за ним и остальные засунули пистолеты за пояса.

Подождав, когда шум в комнате стихнет, Самсон снова обратился к Тяжу:

— Послушай, ты говоришь, что не потрошил моего курьера. Так?

Тяж промолчал.

— Так, – подтвердил Самсон. – Так почему же ты тогда не дашь мне убедиться в этом? Отдай мне писателя, и завтра… нет, сегодня, я узнаю, кто это сделал.

Тяж хитро покачал головой:

— А ты разве не хочешь, чтобы я выяснил, кто меня сдал ментам? Так вот, если ты отстанешь от меня, то сегодня ночью я буду знать, что, возможно, это сделал не ты.

Подойдя к Тяжу еще ближе, Самсон негромко произнес:

— Не будь рогом! Твое нежелание отдать писателя любой расценит как признание твоей вины, понимаешь?

— А мне кажется, – ответил Тяж, – что любой, глядя на тебя, решит, будто ты делаешь всё, чтобы я не узнал, кто подкинул мне в карман анашу.

Самсон в ярости замахнулся на него кулаком. Потом сплюнул с досады и под смех Тяжа и его парней отошел в сторону.

— Заткни хохоталку! – заорал он на смеющегося Марата.

Когда в комнате стихло, он закинул руки за спину и медленно прошелся по комнате.