Книга Северный роман, страница 34 – Полина Вишневская

Спустя несколько часов, после горячего душа, смываю грязь и усталость. Сажусь с миской густого говяжьего супа и откидываюсь на стуле, глядя на потолок с тёмными балками.

Мысли снова о ней. Бесит до безумия. Хочется кричать, швырять вещи и целовать её. Но качаю головой. Никаких чувств. Никогда. Она красива, но ничего не вызывает во мне.

Нужно следовать плану: держаться от неё подальше. Неделя рядом — и жизнь превращается в хаос. Теряю контроль. Дистанция — единственный способ вернуть порядок.

* Вера *

Съеденных сегодня карельских калиток: три (сладкая, с клюквой и миндалём — Нина оставила, объедение). Дней с последнего оргазма от мужика: восемьдесят один. Скука: море, не сосчитать. Ливней с приезда в Карелию: четырнадцать. Не зря всё зелёное — вода повсюду, даже в душе после хайка. Подавать кофе невидимым посетителям — это уже почти безумие. Хотя Федька заходит без приглашения. Вчера он так заорал, что я чуть не упала в обморок. Но всё равно погладила его — связь стала крепче. Вот такая у меня теперь жизнь.

— Кофе? Вы хотите кофе, — машу кружкой перед туристом. — Вкусный, с ароматом настоящей Карелии. Пробовали калиту? Мы их готовим. Честно говоря, используем фильтры из калиты. Это же связь с предками!

Турист махнул рукой и прошёл мимо. Вежливый, ничего не скажешь.

— Просто «нет, спасибо» было бы достаточно! — крикнула я ему вслед.

— Почему у тебя везде калиты? — спросила Ника, держа ноутбук и планшет за стойкой. — Карелия — это не только калиты.

— Хочешь сказать, что мешалка — как балалайка? — спросила я, опираясь на стену и слегка приподняв подбородок.

Ника вздохнула и отодвинула ноутбук.

— Давай украсим кофейню, — предложила она.

— Ты серьёзно? — удивилась я.

— А что? Хочешь клиентов? Привлекай их, — сказала Ника. — Орать «калитки-кофе» не работает. Проект прямо перед носом. Бери и делай.

— Переделать кофейню? — уточнила я.

— Да, вспомни карту Нины, — сказала Ника. — Когда разбирались с рыбой, она говорила: тратьте на «блеск».

Я оглядела зал, и идеи начали бить фонтаном.

— Ника, ты правда хочешь это сделать? — спросила я. — Помощь, чтобы оживить кофейню?

— Да, — коротко ответила она и вернулась к работе.

— Ника! — я закрыла ноутбук. — Ты намекаешь на ребрендинг? Наняла нас для этого?

— Может быть, — ответила она. — Объявление дала — внимание привлекла. Не ожидала увидеть москвичек, но сказала: вы разбираетесь в кофейнях, добавьте шик.

— Но только сейчас? После недели скуки? — удивилась я. Что с ней?

— Без картины что менять? — ответила Ника. — Не поймёшь, что сломалось.

Автобус отъехал. До Янишполя ехать тридцать минут. Зашёл только Федька. Жалко. Но для него разговор о копытах — это… ну, вы поняли.

— Нарисую в карельском узоре, — сказала я. — Подумать обещал, но скорее всего откажет.

И Федьки явно мало.

— Знаешь, сколько мы теряем? Обычный кофе из пакета, какао, — сказала Ника, её глаза загорелись. — Потенциал огромный! Новые напитки, выпечка, снэки, кофе с масляными калитами. А сувениры «Камень деда Семёна»? Их в Янишполе не найти. Федька — символ деревни, а никто их не продаёт. Деньги потекут рекой. Перезапуск — и жизнь оживёт!

Впервые за долгое время я почувствовала азарт. В голове вихрь идей: меню с карельскими травами (иван-чай, брусника), декор из бересты и резьбы по дереву, магниты «Федька» в национальных шалях, пикник-сеты, как на хайке у Замка Федьки. Потенциал невероятный.