Книга Сестра Солнца, страница 144 – Юдит Готье

— Твое сердце в мире с моим. Что же ты говоришь о войне? – спрашивал Фидэ-йори.

Впрочем, сегун мог безопасно предаваться своей любви: принц Нагато заменял его. Он устроил оборону, постарался помирить генералов, которые возненавидели друг друга и только и думали о том, как бы досадить один другому. Харунага в особенности доставлял им много хлопот. Он запретил своим солдатам работать над прорытием рва вокруг замка.

— Это труд рабов, а вы воины, – говорил он.

Солдаты других отрядов не хотели показать, что они менее самолюбивы, и в свою очередь, отказались работать. Таким образом, через полтора месяца дети еще могли свободно переходить через ров. Нагато должен был прибегнуть к строгим мерам. Мало-помалу водворился порядок.

Сигнэнари раскинулся лагерем в долине, на севере города. Йокэ-Мура расположился на холме, который назывался Йока-Яма, Харунага – на холме по имени Чауси-Яма. Все остальные войска охраняли морской берег или наполняли крепость. Кроме того, Нагато уполномочил Райдена и его товарищей созвать всех, кто хотел драться. Храбрые моряки собрали десять тысяч добровольцев.

Защищенный таким образом город трудно было захватить. Нагато ничего не упустил из виду: он также велел укрепить два бастиона, которые возвышались у входа в Осаку, по обе стороны реки. При помощи каналов, которые пересекали весь город, он сделал ров, разрушив несколько мостов, так что та часть, где находилась крепость, оказалась совсем обособленной. Принц, казалось, был неистощим. С подобным вождем, который обо всем думал, воодушевляя солдат своими речами и примером, город мог защищаться и еще надеяться. Но Нагато вдруг покинул Осаку.

Однажды вечером перед воротами его дворца остановился всадник. Нагато узнал Фару-Со-Шаня, одного из вельмож, состоявшего на личной службе у Кисаки. Ивакура встречал с замиранием сердца каждого, приходившего из даири. На этот раз его волнение было еще сильнее: Фару-Со-Шань приехал с особенным, тайным поручением.

— Вот письмо, которое Кисаки велела передать тебе в руки, – сказал он с печальной торжественностью, которая поразила Нагато.

Последний дрожащими руками развернул письмо. Оно издавало тонкий запах, который он так любил.

Оно заключало в себе следующее:

«В десятый день пятой луны отправляйся в провинцию Исэ, в храм Тен-Сио-Дай-Тзин. Когда наступит вечер, опустись на колени на пороге храма и стой на молитве, пока молодой священник не подойдет к тебе и не тронет тебя за плечо. Тогда поднимись и следуй за ним: он проводит тебя ко мне».

Нагато терялся в догадках. Что значит это странное свидание на пороге храма богини Солнца, в провинции Исэ? Может быть, это была ловушка? Нет, так как посланный был Фару-Со-Шань. Но в таком случае он увидит ее, и перед этой радостью пропадало все беспокойство.

Десятый день пятой луны приходился на послезавтра. Принцу едва оставалось время приехать к назначенному часу. Он тотчас же уехал.

В Найку, в провинции Исэ, омываемой волнами Великого океана, возвышался первобытный храм Тен-Сио-Дай-Тзин. По священным преданиям, башня Солнца родилась на том самом месте, где стоял храм.

Там древние предания, смутные легенды первобытных времен свято хранились жрецами, которые изучали глубокий смысл символов.