Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 37 – Виолетта Вейл

— Что с ним будет? — спросила я.

— С телом? Официально его найдут утром и решат, что это внутреннее дело канцелярии. Неофициально я заберу отсюда всё, что ещё можно вытащить раньше, чем это сделают они.

— А имя?

— Тебе не нужно.

Я хотела возразить, что мёртвые заслуживают хотя бы имени, но вовремя прикусила язык. Сейчас это было не о жалости. Здесь имя не возвращало человека, а только делало опасность ближе.

Я поднялась и уже хотела отойти, когда снова посмотрела на смытую кровь у бортика бассейна. И вдруг поняла, что именно меня тревожило.

— Подождите, — сказала я. — Они смывали кровь, но не вытерли воду у стены. Если бы хотели просто убрать всё, протёрли бы одинаково. А здесь оставили нарочно.

Кайрен посмотрел туда, куда я указывала. Несколько секунд молчал, потом перевёл взгляд на меня.

— Значит, не просто сообщение, — тихо сказал он. — Приглашение.

— Для кого?

— Для меня.

Это прозвучало слишком спокойно для смысла, который в этих словах был. Кто-то убил младшего мага, оставил тело так, чтобы Кайрен понял: дело касается его поля, и ушёл, уверенный, что тот придёт и увидит. А это означало только одно: игра шла уже не в тени. Или почти не в тени.

Мы вышли в узкий коридор. Дверь купальни Кайрен закрыл так же тихо, будто за ней не лежал мертвец. У круглой площадки с тремя проходами он остановился и, не поворачиваясь, произнёс:

— С этого дня, если я говорю тебе держаться ближе, ты держишься ближе. Если говорю молчать — молчишь. Сегодня ты справилась лучше, чем я ожидал. Это не повод становиться смелой.

— Я не становлюсь смелой.

— Становишься. Просто пока не привыкла это признавать.

Он повернулся ко мне, и в голубоватом свете древних линий его лицо казалось ещё резче. Я смотрела на него и понимала, что он прав. Раньше я бы просто дрожала и мечтала, чтобы всё это закончилось. Теперь же внутри было не только желание выжить, но и злое, почти упрямое стремление понять, кому понадобилось превращать дворец в место, где служанок стирают из жизни, принцессы жгут улики в каминах, а магов оставляют мёртвыми в подземных купальнях как вежливое приглашение на следующий ход.

— И что теперь? — спросила я.

— Теперь ты завтра вернёшься к обычной работе, будто ничего не произошло. А я проверю, кому понадобилось убрать младшего мага именно так, чтобы я это заметил.

— Звучит почти как обычный день во дворце.

— Не привыкай.

Мы двинулись обратно к служебной лестнице, и только у самой двери, где воздух уже становился теплее, Кайрен вдруг спросил:

— Ты испугалась?

Вопрос застал меня врасплох. Я подумала секунду и только потом ответила:

— Не так, как раньше.

— Почему?

— Потому что раньше это был просто ужас без формы. А теперь у него есть лица, запахи, знаки, привычки. Это не делает его меньше. Но делает понятнее.

Он смотрел на меня дольше обычного. Потом кивнул, словно отметил что-то для себя.

— Это тоже опасный дар.

— Уже заметила.

Он открыл дверь на лестницу, и сверху пахнуло более тёплым воздухом верхних уровней, воском и далёкой человеческой жизнью.

— Иди спать, — сказал он. — Завтра тебе понадобится лицо человека, который не видел мертвеца в подземной купальне.

— Очень постараюсь.

— Не старайся. Просто выживи.

С этими словами он исчез в боковом коридоре, а я осталась стоять на ступеньке, всё ещё чувствуя на пальцах холод камня и видя перед глазами тонкую дугу смытой крови. Младший маг Зеркальной канцелярии умер не потому, что оказался слабым. Он умер потому, что знал слишком много и слишком поздно понял: в этом дворце знание не даёт защиты. Оно только делает тебя следующей вещью, которую нужно убрать.