Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 106 – Лилия Тимолаева

Я почувствовала, как вина пытается подтолкнуть к поспешному извинению. Но сегодня мне хотелось быть точнее.

— Я не буду извиняться за то, что злилась.

— И не надо.

— Но извинюсь за другое. Я знала, что между тобой и Леонардом есть разница. Даже когда стояла здесь и требовала пакет. Просто тогда мне было легче сделать вид, что её нет.

Ортан молчал.

— Ты мог открыть решётку, — продолжила я. — Знал, что если отдашь пакет, я, возможно, останусь. А если откажешь, могу уйти и не вернуться.

— Знал.

— И всё равно отказал.

— Да.

— Почему?

Он посмотрел так, словно вопрос был несправедливым.

— Ты уже знаешь.

— Хочу услышать нынешний ответ.

Ортан опёрся ладонью о край шкафа.

— Потому что данное тебе слово не должно переставать действовать в тот момент, когда мне становится страшно тебя потерять.

Харса отвернулась к полкам, внезапно обнаружив там что-то крайне интересное.

Мне стало трудно дышать.

Вот эта фраза окончательно разрушила сравнение, за которое я цеплялась весь день.

Леонард однажды получил моё согласие, а потом сохранил его дольше, чем моё право изменить решение, потому что боялся потерять меня.

Ортан сделал противоположное.

Он рискнул тем, что я уйду, именно потому, что боялся повторить это.

— Я прочитаю письмо наверху, — сказала я.

— Хорошо.

— Ты пойдёшь со мной.

Ортан приподнял бровь.

— Это просьба?

— Да.

— Тогда пойду.

Харса шумно выдохнула.

— Наконец-то хоть один разговор сегодня закончился без двери, которой кто-то хлопнул.

— Ещё не вечер, — сказал Ортан.

— Уже ночь.

— Тем более есть время.

Я рассмеялась, и этот смех впервые за день не причинил боли.

Мы поднялись в северное крыло.

Моя комната встретила меня раскрытым шкафом и пустым местом возле стены, где ещё утром стояла дорожная сумка. Остальные вещи остались здесь. Я забрала лишь необходимое, потому что даже в гневе не знала, ухожу ли навсегда.

Теперь это казалось важным.

Ортан остановился у двери.

— Войти?

— Да.

Он сел в кресло возле окна. Я устроилась за столом и положила пакет перед собой.

Печать ломалась тяжело. Воск за два года стал хрупким, но бумага внутри сохранилась хорошо. Там оказалось несколько листов, исписанных с обеих сторон моим почерком.

На первом стояло:

«Агния. Если ты это читаешь, значит, случилось одно из двух. Либо я ошиблась во всём и ты сейчас очень зла на женщину, которая заставила тебя пройти через бессмысленную загадку. Либо Леонард снова добрался до твоей памяти.

Во втором случае прежде всего знай: ты уже находила правду».

Я перестала читать и закрыла глаза.

Ортан сидел напротив, не двигаясь.

— Продолжать? — спросил он.

— Я сама.

Он кивнул.

Я снова посмотрела на письмо.

«Я не знаю, сколько ты потеряла. Возможно, только последние дни. Возможно, значительно больше. Поэтому не стану перечислять всё, что выяснила: если часть памяти сохранилась, ты должна проверить факты сама, а если исчезла, один мой рассказ всё равно не заменит твоего решения.

Главное другое.

Я люблю Леонарда.

Если ты сейчас его ненавидишь, не сердись на меня за эту строчку. Я пишу её для того, чтобы никто, включая тебя, не смог сделать прошлое удобнее. Он был хорошим мужем. После того, что случилось на западе, он месяцами жил рядом так, как мне было нужно. Первый раз к зеркалу привела его я. Я просила забыть. Он сопротивлялся, а я настояла.