Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 71 – Лилия Тимолаева

— Ты заранее репетируешь правильные ответы?

— Всю ночь.

— Харса сказала, что ты спорил сам с собой.

— Харса однажды умрёт от моего раздражения.

— Судя по ней, переживёт тебя.

— Это и пугает.

Мы вышли в коридор вместе.

У лестницы я остановилась.

— Я всё ещё не понимаю одной вещи.

— Какой?

— Почему два года назад я выбрала именно тебя для этого пакета, кроме того, что считала безразличным.

Ортан опёрся плечом о каменную стену.

— Хочешь мой ответ или тот, который дала ты?

— Оба.

— Мой: потому что ты знала, что мой род не зависит от Кросса и королевской канцелярии. Твой был короче.

— Какой?

— «Вы неприятный человек, но держите слово».

Я рассмеялась.

— Теперь верю окончательно. Это точно похоже на меня.

— Именно тогда я решил, что однажды мы сможем быть друзьями.

— Очень высокая честь.

— Не успели.

Улыбка исчезла сама.

— Потому что я забыла.

— Да.

— А ты на следующей встрече сделал вид, что ничего не произошло.

— Да.

— Это было трудно?

Ортан посмотрел куда-то поверх моего плеча.

— Очень.

Ответ заставил меня замолчать.

В нём не было романтики. Два года назад между нами ничего не случилось, он сам сказал это. И всё же осознание, что моя потеря памяти задела его, оказалось неожиданно важным.

— Почему?

— Потому что за несколько дней я успел узнать женщину, которая сильно боялась и всё равно спорила со мной по каждому второму предложению. Потом она вошла в зал и снова стала вежливой переводчицей, которая считала меня раздражающим орком с плохими манерами.

— А ты?

— Я снова стал раздражающим орком с плохими манерами.

— У тебя хорошо получилось.

— Спасибо.

Я улыбнулась.

И только потом поняла, насколько близко мы стоим.

Не так, как вчера под дождём. Между нами оставался шаг, может быть, чуть больше. Но после почти случившегося поцелуя моё тело теперь замечало расстояние иначе.

Я отступила первой.

Ортан не двинулся.

— Мне нужно работать.

— Мне тоже.

Мы разошлись в разные стороны.

К вечеру я уже знала, что проблема никуда не исчезла.

Наоборот.

Теперь к влечению добавилось утраченное прошлое, которое почему-то делало Ортана одновременно ближе и опаснее. Я могла смотреть на него и помнить нынешние дни, а где-то за закрытой дверью сознания существовали ещё три встречи, на которых я сама выбрала его хранителем своей тайны.

Я не знала, что это значило для нынешней меня.

И не хотела, чтобы прошлое решало за меня так же, как не хотела позволить это Леонарду.

Поэтому вечером, когда Ортан постучал в рабочую комнату и спросил, закончен ли перевод, я решила проверить одну вещь.

— Закончен.

— Тогда я заберу бумаги.

Он подошёл к столу, взял папку и остановился.

— Что?

— Ничего.

— Ты смотришь.

— У меня есть глаза.

— Я заметил их ещё на первой встрече.

Реплика прозвучала легко, но воздух изменился.

— На какой первой? — спросила я.

Ортан понял.

— На той, которую ты помнишь.

— Хороший ответ.

— Я теперь очень внимательно формулирую.

— Боишься?

— Тебя? Иногда.

— Не похоже.

Он положил папку обратно на стол, хотя собирался уходить.

— Агния, если ты хочешь спросить о тех встречах, спрашивай.

— Я хочу спросить о сегодняшнем дне.

— Это звучит сложнее.

— Почему вчера ты меня не поцеловал?

Ортан замер.

Вопрос был настолько прямым, что теперь уже мне захотелось забрать его обратно. Но именно этого я и не собиралась делать.