Книга Бурый. Приручить истинную, страница 30 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

Бероев убирает руку, и мне хочется умолять его продолжить…

Мы оба стоим молча.

Если это не метка, то что? Просто реакция тел? Или мы ошиблись?

Но я хочу… эту метку.

— Ладно, — Гордей первым нарушает тишину, возвращает себе былую беззаботность. — Одевайся. Нам нужно в универ, а потом сразу к моим родителям. Мама должна посмотреть на тебя. Если нити твоей судьбы кто-то путает, она увидит.

Киваю, стараясь не смотреть на полуобнаженное тело парня, которое так манит.

Нам нужно спешить.

Потому что «он» уже идет за мной, и я чувствую — времени осталось совсем мало.

Гордей

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю Полину, пока мы сидим в моей машине у дома.

Поля заправляет прядь волос за ухо. Её щечки мгновенно заливает очаровательный нежно-розовый румянец.

Она всё ещё смущена после нашей «проверки меток» в ванной, и это чертовски заводит. Обожаю! И мой медведь тоже.

— Нормально, Гордей. Правда, — Медведева поднимает на меня свои карие глаза, в которых я тут же тону. — Спасибо тебе. За всё. За то, что не бросил, за завтрак… за то, что защитил.

Я смотрю на то, как солнечный блик играет на кончике ее вздернутого носа, и чувствую, как внутри просыпается зверь.

Один её взгляд наполняет меня такой силой, что кажется, я могу горы свернуть или вырвать хребет любому, кто посмеет на неё косо посмотреть. И, черт возьми, я хочу быть ее защитником!

Перед глазами вспыхивает воспоминание получасовой давности.

Ванная. Влажный воздух.

Поля стоит ко мне спиной, медленно задирая майку пижамы.

Я до сих пор чувствую на кончиках пальцев бархатистую нежность её кожи.

Она была такой горячей, такой беззащитной и манящей одновременно. Боги! Я помню, как вел ладонью вдоль её позвоночника, ощущая каждую клеточку её тела, которая отзывалась на моё прикосновение мелкой дрожью.

Кожа Поли под моими пальцами тут же покрывалась мурашками. Я видел. И кайфовал от этого!

В тот момент я почти забыл, что ищу метку. Хотелось просто зарыться лицом в её волосы, вдохнуть запах и никогда не отпускать. Дышать Полинкой.

Мой член затвердел так, что боксеры едва не треснули. Внизу живота всё окаменело до боли. Я впервые так сильно хочу девчонку.

— Гордей? Ты меня слышишь? — голос Поли вырывает из эротической фантазии.

Вздрагиваю. Сталкиваюсь с её любопытным, слегка обеспокоенным взглядом. Глаза невольно опускаются ниже — к сочным алым губам.

В этот момент потребность поцеловать её становится почти осязаемой. Кончики пальцев покалывает, губы горят, а тело напрягается так, что мышцы начинают ныть.

Хочу жадно смять губы Поли своими, почувствовать их вкус, услышать тот самый тихий стон, который сорвался у неё в ванной.

Зверь внутри рычит, требуя забить на университет, тени… да на весь мир! И просто присвоить эту девчонку здесь и сейчас.

С силой сжимаю руль. Нельзя! Не сейчас. Полина напугана, за ней охотятся, и меньше всего ей нужен озабоченный медведь, который не может держать себя в руках.

Глубоко вдыхаю, заставляя себя включить передачу.

— Слышу. Поехали, а то Марьяша решит, что я тебя похитил.

В университете мы находим сестру в деканате. Марья, как всегда, уверена в себе. Сидит за столом, читает документы и гладит свой живот.

— Убитые девушки? — на вопрос Полины сестра хмурится, откладывая бумаги. — Я не так давно работаю. Официально — тишь да гладь. Но универ — место специфическое. Я узнаю, были ли какие-то «несчастные случаи» или странные исчезновения за последние пару лет. И дам знать.