Книга Чудовища на Полынной улице, страница 128 – Ольга Болдырева, Анна Сешт, Татьяна Ван, и др.

— Ты слаб, – прорычал Тлалок, и его голос раскатом разнесся над озером. – Слишком долго бродил среди людей, забыв, что значит быть богом. Теперь ты ничто.

Подняв воду из озера, он с ее помощью с легкостью вывернул из земли массивный валун и метнул в их сторону. Дон Ренато направил навстречу ветер, но ему не хватало мощи. Валун ударил о землю в нескольких шагах и разлетелся на куски. Один из осколков вспорол кожу на его плече, оставив тонкую алую линию.

Хорхе забежал ему за спину, а дон Ренато поднял руку и собрал последние силы. С земли поднялись мелкие камни, ветки, песок, и все вихрем полетело в Тлалока. Но тот лишь рассмеялся. Вихрь разбился о его грудь и рассыпался небрежным фонтаном.

— Ты был силой, брат, а теперь лишь дуновение.

Тлалок вырвал дерево и бросил его в воздух. Дон Ренато смог лишь замедлить его падение. Дерево ударило его в грудь, сбив с ног. Он упал на колени, кашляя и цепляясь за землю. Тлалок приблизился, наклонился над ним и прошептал:

— Уступи. Твои дни закончены. Люди больше не молятся ветру. Теперь они зовут дождь и гром. Даже если ты принесешь жертву, для тебя мало что изменится. А отдашь жертву мне – обещаю, я замолвлю за тебя словечко.

Дон Ренато поискал глазами Хорхе. Мальчишка с новой царапиной на щеке испуганно выглядывал из-за валяющегося дерева, но глаза у него горели тем же огнем, что когда-то горел в нем самом.

— Ты ошибаешься, Тлалок, – прошептал дон Ренато. – Ветер не исчезает. Он просто меняет направление.

Но его слова утонули в раскате грома, который разорвал небо, отмечая победу бога дождя.

— Так я и знал. Жалкий спектакль! – выплюнул Тлалок. – Мальчишка мой! – прокричал он одновременно с громом и выхватил Хорхе под дождь.

— Сеньор, прошу, отпустите! – испуганно закричал тот.

— Он мой! – воспротивился дон Ренато.

Тлалок швырнул Хорхе в озеро, и крупные капли тут же скрыли место, где над ним сомкнулась вода. Дон Ренато откинул Тлалока и отправил ветер за Хорхе, но не успел. Оглушительный гром разорвал небеса – Тлалок сказал свое слово.

— Ты не заберешь его, Тлалок! – закричал дон Ренато, собирая внутри всю свою ущербную силу. Он хотел начать с начала, значит, так и будет, он не даст врагу себя победить.

— Думаешь, мальчишка тебя спасет? – ответил ему гром. – Смертные не умеют хранить веру. Он забудет тебя, как ему подобные забыли всех нас.

Дон Ренато взмахнул руками, поднимая смерч, который врезался в озеро, разорвал воду и выхватил Хорхе, потом дон Ренато сложил его к своим ногам. Мальчик был едва жив и не открывал глаз. Волосы закрыли его лоб, кожа побледнела, одежда липла к телу, он дрожал от холода, а пальцы судорожно сжимались, будто хватались за воздух. Но грудь прерывисто вздымалась.

Гнев закипал в доне Ренато, потому что сейчас, глядя на Хорхе, он видел собственное бессилие.

Боль пронзила дона Ренато от затылка до самых пяток, он закричал, а тело его выгнулось дугой. Все, что прежде мучило его неделями, собралось одновременно и добралось до каждого уголка. Руки начали чернеть. Человеческая оболочка не выдержала божественной силы, и тело рухнуло на землю.

— Ты отдал все ради него, и что теперь? – сказал гром. – Он все равно не выживет. А ты… тебе конец, брат.

Ветер молчал, поглаживая дона Ренато по щеке, а тот чувствовал себя наконец-то свободным. К нему возвращалась легкость. Заточение окончено? Заклятие снято?