Книга Наследники Императора, страница 248 – Анна Сешт

Чародей рассмеялся, явно превозмогая боль, нащупывая рядом обломки своего жезла. Голос его, в отличие от внешнего облика, не изменился.

— Так вот в чём секрет… Вот почему сам Император не нашёл тебя ни среди живых, ни среди мёртвых… Ты – мертвец, поднятый волей жрецов Собачьего Бога, для них вместивший в себя силу Владыки Первородного Огня. Какая ирония…

Хэфер чуть склонил голову набок, но не удостоил чародея ответом. Он перевёл взгляд на Тэру, и девушка ощутила вместе с этим и взгляд его ожившего жезла, достигавший самого сердца. Она знала, что этот момент настанет, что однажды покров её тайны будет сорван. Она просто не думала, что это произойдёт… так.

— Удивлён, что тобой повелевает человек? – усмехнулся чародей. – Не скрою, я тоже. Но это – настоящая жрица Ануи. Для послушницы в ней слишком много силы Собачьего Бога.

— Помолчи, – спокойно велел ему Хэфер. – Ты слишком ревнив, жрец, и ревность застит твой разум.

— Отдай мне жезл, и я сохраню твою тайну, – вкрадчиво проговорил чародей, – сохраню секрет твоей полужизни от тех, кто так мечтает узнать о твоей судьбе. Даю слово именем Того, Кому служу.

Тэра замерла в ожидании. Она хотела просить Хэфера, чтобы не отдавал артефакт врагу, напомнить ему, зачем он пришёл сюда…

Губы царевича пересекла жутковатая усмешка. Он наклонился к чародею и вручил ему жезл. Полуэльф-полурэмеи жадно схватил артефакт…

Жезл полыхнул в руках чародея багровым пламенем и… сжёг его без следа вместе с обломками его прежнего ритуального предмета. Хэфер поднял артефакт и тяжело опустился на одно колено.

— Мой, – повторил он, сжимая гаснущий жезл, а потом обратился к ша, и голос его звучал уже почти по-прежнему. – Идите с миром, могучие. Благословенна будет ваша защищающая ярость…

Чудовища растворились в ночи. Тэра опустила голову, пряча лицо в окровавленной шерсти своего друга. У неё не было сил ни двигаться, ни говорить.

— Сатех не сжёг его, знаешь, – тихо проговорил Хэфер. – Просто перенёс куда-то отсюда… Всё же Он щадит своих, по-своему щадит. Это значит, что наш враг будет осведомлён.

Тэра не ответила. Она услышала шорох одежды – царевич облачился, – а потом песок зашелестел под его босыми ногами. Когда девушка приподняла голову, она увидела, что Хэфер сидел совсем рядом и осторожно касался тела пса. Его лицо было печально, но взгляд потеплел, когда он встретился глазами с Тэрой.

— Нам с тобой о многом нужно поговорить, жрица, – мягко сказал Хэфер, накрывая ладонью её руку, безвольно лежавшую на спине мёртвого стража. – Спасибо, что были со мной в эту ночь… вы оба…

Потом его ладонь скользнула по морде пса, закрывая потухшие изумрудные глаза.

1-й месяц Сезона Жары

Было больно, так больно, что даже его привыкший ко многому разум разрывался. С тела точно заживо содрали кожу и оставили его под карающими лучами Небесной Ладьи. Поскуливая, он отполз в тень полуразрушенного святилища, чтобы перевести дух и собраться с мыслями. Он даже не стыдился своей слабости – на это просто не было сил. Он истекал кровью и чувствовал, как с каждым ударом сердца жизнь понемногу толчками выходила из него.

Владыка Первородного Огня не был терпелив. Маг всем своим существом слышал Его зов и понимал, что не имеет права на отдых. Он должен был разжечь огонь на алтаре, отдаться связи со своим Божеством, если хотел выжить. Пусть сам он был едва в состоянии двигаться, но только призыв покровителя мог снять проклятие.