Книга Выбор богов. Книга 3, страница 175 – Анна Сешт

Ренэф осторожно обнял её за плечи. Кирану невольно вздрогнула, потом придвинулась к нему ближе.

— Мать научила меня многому. Такому, чему Мианго не решался учить. И однажды я сказала ей, кто я. Кем хочу быть на самом деле. Она… едва не убила меня тогда, – Кирану грустно усмехнулась. – Не первый раз был, не последний. Но я хорошо училась. И однажды оказалась сильнее… Племя не держало меня. Я ушла домой, забрала с собой инъялу. Теперь он мой. Теперь он не убивает рэмеи и людей.

Ренэф посмотрел на существо по-новому. Даже представить было тяжело, каково это – держать подле себя своего тюремщика, убийцу близких.

— Не все нга-ину такие, – повторила Кирану. – Инъялу – могучие союзники, защитники. Всё зависит от сердца боукори, направляющей их. Но наша история сложилась так.

— Я могу убить его для тебя, – тихо сказал царевич. – Тебе ведь… больно с ним.

Шаманка подняла голову и погладила его по щеке.

— Если его убить, я погибну тоже, – Ренэф с ужасом посмотрел на неё, но она приложила пальцы к его губам, не позволила ничего сказать. – Однажды я так и сделаю. Если некому будет передать его.

Инъялу щурился, глядя на них сквозь огонь. Должно быть, тварь тоже понимала, что всё уже решено.

В следующий миг чёрный резко поднялся, раскинул руки. Сморгнув, Ренэф увидел только большую костлявую птицу, взвившуюся вверх. Впрочем, он уже вообще не был уверен в том, что увидел.

— Тебе неприятно рядом со мной. Я понимаю, – спокойно проговорила Кирану. – Просто без нас ты не найдёшь босамва. А я хочу, чтобы ты вернулся домой.

Ренэф молча притянул её к себе и крепко поцеловал, обнимая. Только когда она хоть немного расслабилась в его руках, царевич прошептал:

— Ничего не изменилось, Кирану. И вернёмся мы вместе.

Ночью царевич не спал – оберегал тревожный сон шаманки. Кирану свернулась рядом, непривычно уязвимая, хрупкая. Во сне она, должно быть, видела отражение своих воспоминаний – вздрагивала, сворачивалась в тугой комок и успокаивалась только когда Ренэф осторожно касался её ладонью.

Чёрный больше не показывался. То, что тварь охраняет их, не успокаивало – скорее, наоборот. Ренэф не мог доверять тому, чего не понимал, а здесь он не понимал слишком многое. О каких-то деталях он старался попросту не думать, не представлять.

Девушка проснулась после рассвета, вскинулась с тревогой, словно и впрямь боялась, что царевич уйдёт. Когда она встретилась взглядом с Ренэфом, в её глазах отразилось такое неприкрытое облегчение, что резануло по сердцу. Хотелось немедленно показать ей, что между ними всё по-старому – пусть царевич и не мог пока толком осмыслить её природу.

— Так, мне всё-таки надо поспать, – заявил он, с хрустом потягиваясь. – Ближайшие пару часов я отсюда не сдвинусь, даже если босамва пригласит меня выпить.

Шаманка несмело улыбнулась.

— Ладно. Охотник невыспавшийся и голодный – плохой охотник.

— Вот-вот.

Вчерашние сочные стебли были уже не так хороши на вкус, но голод по-прежнему утоляли. А потом Ренэф уснул крепко, как после хорошей тренировки – несмотря на все ночные откровения.

Казалось, прошло всего несколько минут с момента, как он подложил руку под голову. Кирану разбудила его, настойчиво потрясла за плечо.

— Просыпайся. Просыпайся быстрее. Мы взяли след!