Книга Сердце мира, страница 191 – Рия Альв

Пусть всегда теплые руки на спине, холодный ветер с моря. Края улыбки через поцелуй, левый выше правого. Ее пальцы на вороте рубашки, под воротом рубашки. Пусть завтра никогда не наступит, сегодня никогда не закончится, мир никогда не погибнет, никогда не будет спасен.

«Пусть мы никогда не умрем».

Последняя ночь года не казалась обманчиво тихой, скорее уж замершей в ожидании тревожном и напряженном, как перед ударом, когда ты еще не уверен, нанесешь его или получишь.

Мы собрались в одной из комнат Белого замка и заканчивали последние приготовления к преодолению завесы тумана и спуску в туннели. На полу была начертана сложная магическая формула – четыре восьмиугольника, один в другом, соединялись друг с другом тонкими линиями из выписанных заклинаний, на каждом углу основного контура было по еще одному восьмиугольнику поменьше. Все вместе это напоминало паутину. В центре нее, как два огромных паука, располагались генераторы искажений. Воздух вокруг них шел рябью и время от времени потрескивал вспышками молний. Доверия эти штуки не внушали никакого, но Анс и Аин заверили, что проверили все несколько раз. Они и сейчас кружили около формулы, сверяясь с чертежами на бумагах.

Нарро с Сивизом отходили в соседнюю комнату о чем-то поговорить, но сейчас вернулись. Нарро после этого разговора выглядел демонстративно спокойным, но нож, который он крутил в руках, мелькал между его пальцами подозрительно быстро. По Сивизу же, как обычно, ничего нельзя было прочитать.

Рейнеке успел облазить всю комнату вдоль и поперек, засунуть свою рогатую голову везде, где она только пролезла, и теперь шел уже круг на четвертый. Вообще-то, я хотел отослать его в крепость вместе с Сейлан и Лейси, чтобы он там за стенами посидел для надежности. Но он заупрямился. Было понятно, если прогнать его силой – сбежит. Пришлось брать с собой.

Проверив полки в очередной раз, Рейнеке вернулся ко мне и улегся сбоку, как сторожевая собака. Мы с Фреей просто сидели рядом, плечом к плечу, на одном диване и делали вид, будто с каждой минутой все сильнее не сходим с ума от тревоги. Будто у нас тут самая рядовая ситуация. Никакой не конец света. Даже близко нет. В Немом лесу было страшнее, и в Рейнгарде было страшнее, а вот сейчас – совсем-совсем пустяки.

На самом же деле хотелось судорожно притянуть Фрею к себе, зарыться лицом ей в волосы, сказать, что вот сейчас меня немного отпустит, а потом ее отпущу я, и она уйдет отсюда, спрячется где-нибудь в безопасном месте, пересидит, а я быстренько все поправлю, сдохну, но починю этот ваш разваливающийся на куски мир, как-нибудь справлюсь, честно. Но я понимал – Фрея подобного не оценит. Без нее я не справлюсь. Да и не было в этом мире больше безопасного места.

Я старался полностью выключить голову, потому что, как только она включалась, я тут же начинал представлять сотни и тысячи вариаций собственной мучительной смерти и разрушения всего мира. Чтобы не думать об этом, я рассматривал все вокруг.

Комната, в которой мы находились, была довольно просторной. Нам не было тесно вшестером, несмотря на то что стена серости разрезала ее напополам. Раньше это, судя по всему, была чья-то детская. На полках половины шкафа я заметил тома сказок на лирейском (возможно, и на эльфийском, но эти названия мне было не прочесть), искусно сделанные модельки кораблей, игрушки. К камину был прислонен деревянный меч, весьма точно повторявший настоящее оружие. На каминной полке стояла маленькая фигурка птицы, кажется, морского сокола, выструганная из дерева кем-то еще не слишком умелым, но весьма упорным и кропотливым.