Книга Я — эмпат, страница 48 – Алёна Шахнина

— Точно, — кивнула я.

Он с шумным, протяжным вздохом достал из заднего кармана брюк блокнот, полистал страницы и начал зачитывать:

— Женщина, лет тридцати, одета в белую футболку с галочкой на груди. Приехала на серой Ладе, номер 651 АИД.

Я машинально кинула взгляд на свою футболку, поняв, что я даже не переоделась. Он убрал блокнот и обернулся на автомобиль, который все еще стоял у дома. Так глупо проколоться могла только я. Боже, какая же я глупая!

— Поговорим? — спросил он, перебивая мои самоистязания.

— У меня есть выбор, товарищ следователь?

— Нет, — холодно ответил он, и я пропустила его в дом.

— А где же ваш добрый помощник? — хмыкнула я, не сумев удержаться от колкости, когда он сел на стул.

Он не ответил, сохраняя холодность, от которой побежала дрожь внутри.

— Рассказывайте, зачем вы ездили к заброшенному дому.

Я встала перед ним, скрестив руки.

— У нас свободная страна. Куда хочу, туда и хожу. Фетишь у меня такой: по заброшкам шарахаться!

Я впитывала его уверенность в своей непоколебимости, радуясь, что хоть где-то этот дар полезен.

— Ольга, вы играете в опасные игры, — низким голосом произнес он.

— С кем? С вами, товарищ следователь? — я отцепила руки и облокотилась ладонями об стол.

Он поднялся, не позволив себе быть ниже меня.

— С теми, кто убивает людей! Ваше любопытство может стоить вам жизни!

Обогнув стол, я подошла ближе, практически вламываясь в его личное пространство.

— Ваши слова звучат, как угроза. Не надо так. Вы меня не запугаете! — вырвалось у меня, и я почувствовала укол тревоги и чего-то еще. Еще какая-то эмоция вползла в меня, но я не могла понять, что это. Какое-то теплое чувство заботы или нежности, разрушающее мою уверенность в себе. Я шарахнулась от него, отступая в другой конец кухни, чувствуя, как сердце бешено начинает колотиться в груди.

— Сейчас я с вами просто разговариваю. Без протокола. Без должности. — он повернулся ко мне.

Я хмыкнула.

— Без должности? Сначала вы пытаетесь руками помощника унизить меня в своей комнате пыток, а потом набиваетесь в друзья? Решили, что ваши методы не работают, и пошли другим путем? А потом что? На свидание позовете?

Я еле закрыла рот, пытаясь остановить слова, которые бежали быстрее мысли. Даже пришлось сжать челюсть, чтобы сдержать себя.

— Ладно, — выдохнул он, — У вас есть мой номер телефона. Если решите поговорить, позвоните.

Молчи, молчи!

— Вы будете последним, кому я решу позвонить, чтобы поговорить! — выпалила я. Он не ответил и снова не попрощавшись, ушел, довольно громко хлопнув дверью.

Тишина после его ухода оглушала. Я села на пол и зарылась головой в руки, пытаясь вывести из себя его эмоции и заткнуть ожившие голоса, которые становились все громче и громче. Все это усиливалось стыдом за мои слова, за ядовитую речь, которую я не могла сдерживать.

Я просидела на полу до темноты, а потом ушла к себе, накрылась с головой одеялом и сразу уснула.

Утренняя головная боль стала для меня уже привычным ритуалом. Я не стала принимать лекарство, понимая, что соображаю и без таблетки. Налила кофе и вытащила дневник Ивана. Разложила на столе, пытаясь собрать его в кучу, но не могла понять, как выстроить листы последовательно.

Подумав пару минут, я взяла телефон, поискала номер, и когда взяли трубку, коротко сказала: