Книга Братья, страница 39 – Алёна Шахнина

Я вернулся в кабинет отца, где братья уже разбирали пакет с едой и жевали бургеры. Отец фастфуд не любил, но к нашим вкусовым пристрастиям относился равнодушно. Марк протянул мне бургер, а я отказался. Кусок в горло не полезет, зная, что она там замерзшая и голодная.

— Я же говорил, не простая девчонка, — сказал Тимур с набитым ртом.

— А какая? Она работает, что в этом такого? — возмутился я. — Или ты не знал, что молодежь часто курьерами подрабатывает.

— Не в этом дело, братец, — сказал Тимур и повернулся к отцу. — Вот смотри, пап, твое мнение. В институте появилась девчонка. Учится с Марком в одной группе, записалась ко мне в фонд и к Матвею на баскетбол. И тут еще и еду приносит, когда мы здесь. Совпадение, думаешь?

Отец — всегда серьезный, в белой рубашке даже дома, с легкой сединой на волосах и такими же темными, как у нас глазами, сидел в своем дорогущем кожаном кресле. От него пахло не домом, а властью. Ему даже не нужно было открывать рот, чтобы понять, какой он человек. Такой воткнет ручку в глаз за простое слово, которое ему не понравится, даже если это его сын.

Единственная слабость нашего отца — это мать. Он всегда любил ее так, что можно позавидовать. Наша мама хрупкая, добрая женщина, прочно заняла место в сердце сурового отца, и только с ней он позволяет себе быть человеком. Она может ворчать на него и даже ругаться, а он все равно будет целовать ей руки и говорить, какая она красивая.

— Совпадений в нашем бизнесе не бывает! — сказал отец. — Вы давно должны усвоить правило: если один и тот же человек появляется в разных местах рядом с вами, это система. Что за девочка? Кто она? Откуда?

— Не знаю, — ответил Тимур. — Загадочная личность. Но жутко агрессивная. Одной девчонке чуть лицо не разбила. Я о ней знаю только одно — у нее есть младший брат.

Я с удивлением посмотрел на старшего: откуда он это знает? Всего за день выпытал у нее информацию о семье, этот жук точно растет копией отца.

— Пап, она обычная девчонка. Или на улице выросла, или семья неблагополучная. Питается плохо, одевается тоже. Денег нет — вот и все объяснение, — сказал я.

— А на подарки сдала без проблем, — встрял Марк. — Ведет себя тихо.

— Последите за ней, разговоры послушайте, — сказал отец и постучал пальцами по столу.

— Ты же с этой блондинкой общаешься, Марк. Пусть она в общаге слушает, — сказал Тимур. — И учишься в одной группе.

Марк дожевал картошку, вытер руки салфеткой и посмотрел на старшего.

— С ней Матвей хорошо общается, пусть он и следит.

— Да пошел ты, — рявкнул я.

— Заткнитесь! — сказал отец. — Что сложного, я не понимаю? Подошли, припугнули и узнали, что надо! Мне учить вас что ли?

— Пап, мы не может запугивать, она учится с нами. Потом разнесет слух по институту, зачем? — сказал Тимур.

Отец задумчиво посмотрел на него и кивнул.

— Согласен. Подключу других ребят.

Я подскочил с дивана так резко, что отец нахмурился. Но мне было плевать. В них не осталось ничего человеческого, ни капли сострадания, и я не понимал — как мать терпит эту жестокость! Хотя, о чем это я — она просто не знает, что делает с сыновьями ее муж. И пусть у нее Марк любимчик, к нам с Тимуром она тоже относится с материнской нежностью и заботой.

— Я сам все узнаю! — сказал я. — Не трогайте ее!