Книга Книга Паучихи, страница 35 – Рика Иволка

Релинар покорно опустил взгляд в пол. Какой бы чудесный из него вышел раб. Ручной, послушный. Его томный вид как будто обещал те самые недоступные пониманию Мэл удовольствия. Она могла бы заставить его дать ей это удовольствие прямо сейчас. Могла бы? Да, он жрец божественной Баладай и принадлежит другому Дому, но он все еще мужчина. Мужчины подчиняются женщинам, таков уклад Юдоли.

Малврае шагнула ближе, поддаваясь импульсу. Хотелось сократить дистанцию, взять на острие клинка. Хотелось прикоснуться кожей к его коже, хотелось заявить права на этого паучка прямо на мраморном полу собора. Много желаний в ней пробудилось в это мгновение, но матушка просила быть осторожной. Мэл была новичком в вопросах страсти и чувственности, но чутье подсказывало, что едва ли это будет разумно – поддаться чувствам здесь, сейчас и с ним.

— Мне пора, – хрипло проговорила она. – Надеюсь… мы скоро увидимся снова.

— О, я в этом уверен, госпожа, – вдохновленно прошептал ее прелестный мучитель.

В экипаже было так душно, что Мэл всю дорогу проехала с открытыми окнами. Кожа отдавала жаром, как при лихорадке, сердце неспокойно заходило в груди, будто пытаясь вырваться. Такой азарт она испытывала только в бою.

Был вечер, она опаздывала на ужин и влетела в трапезную залу, когда леди Бризанна уже сидела за столом с крайне недовольным выражением лица. Они всегда ужинали с матушкой наедине, таков был порядок в Доме Алеанундер.

— Молитвы захватили тебя, дитя? – холодно спросила матриарх, крутя в руке серебряную вилку.

Мэл застыла на пороге, низко опустив голову.

— Прошу прощения, госпожа. Я… увлеклась…

— Религиозный раж? Как не похоже на тебя, Малврае. Ты встретила сынка Тизории?

Мэл вздрогнула. Будто по голой спине кто-то провел холодными пальцами.

— Да… мы виделись… мельком.

— И что он?

— Он был в восторге от моего платья.

— Ха! Похоже, он всерьез очарован. Или хорошо это разыгрывает. Не поддавайся его игре, дитя. Релинары коварны, иначе бы не просидели так долго на Паучьем троне.

Ох, матушка, а если всерьез очарована я? Как все непросто…

— Садись. Поешь.

Мэл сорвалась с места, послушная приказу, и села напротив госпожи-матери. Распорядительница Глетта, строгая безмолвная тень, задвинула ее стул ближе к столу и молча встала за спиной. На ужин были грибы в соусе из чернил каракатицы, что водилась в пещерных оазисах Юдоли, и мясо наземного кролика. Малврае видела этих зверей в клетках. Они бурно плодились, давали много жирного мяса, из-за них в части подвала, отведенной под кухонные нужды, пахло сеном, зерном и испражнениями. Как-то Хестин выкрал одного детеныша для своих экспериментов, но что с ним стало потом, Мэл не знала. Ей было интереснее их есть.

— Ты что-то скрываешь от меня.

Снова холодок по спине. Приборы звякнули в руках. Есть перехотелось.

— Нет. Как я могу?

— Вот и я задаюсь этим вопросом. Как ты можешь? – Матушка аккуратно подцепила кусочек гриба с соусом и вложила его в рот.

— Я… я…

— Мне не нравится, когда ты блеешь, – отрезала леди Бризанна, и Мэл замолчала. Кусок в горло не лез. Злая матушка – это плохо. Иногда больно.

Приборы застучали громче, резче. Нож, вилка. Бокал ночного нектара звонко ударился донышком о стол.

— В час, когда наш Дом переживает перемены. Когда мы готовимся к великому походу. Когда все должно быть под контролем. Ты, моя первая, лучшая дочь, моя наследница, решила что-то скрыть от меня. – Каждое слово било по чувствительным местам, словно плеть по открытым участкам кожи. – Это неприемлемо, Малврае. Ты должна быть открыта для меня. Всегда. В любой момент, когда я обращу на тебя взор. Я должна видеть тебя насквозь. Что же я вижу сейчас? – Матриарх взмахнула вилкой. – Непроницаемую стену. Ширму. Лживое подобострастие. Оправдания. Чем я заслужила это, дитя?