Книга Черная метка для графини, страница 30 – Ольга Баринова

Они смотрят на меня, как на добычу, — подумала она. — Как на врага, который вторгся на их территорию.

Она отогнала эту мысль и толкнула тяжелую дубовую дверь.

Дверь не поддалась.

Алисия нахмурилась. Она толкнула сильнее — и дверь со скрипом отворилась, пропуская ее внутрь. Замок был старым, расшатанным — видимо, герцог не ожидал, что кто-то осмелится войти в его святая святых без разрешения.

Она закрыла за собой дверь, но не заперла — на случай, если придется быстро уходить. Просто подперла подсвечником. Потом огляделась, пытаясь понять, с чего начать.

Ключ где-то здесь, — подумала она. — Я чувствую это.

Она подошла к столу, начала осматривать ящики. Первый — пуст. Второй — стопка писем, перевязанных лентой. Третий — заперт.

Алисия нахмурилась. Она потянула ящик сильнее — дерево жалобно скрипнуло, но не поддалось. Замок был крепким, стальным, и без ключа его не открыть.

— Проклятье, — прошептала она.

Она отошла от стола, начала осматривать комнату. Книжные шкафы, стеллажи, этажерки — везде книги, бумаги, свитки. Но нигде — ни малейшего намека на ключ.

Она уже начала отчаиваться, когда чутье — то самое, которое не раз спасало ей жизнь в море, — заставило ее замереть.

Что-то было не так.

Она повернулась к стене за письменным столом. На ней висела картина — большая, в тяжелой золоченой раме. На картине был изображен старый замок на скале, окруженный морем. Волны разбивались о скалы, чайки кружили над башнями, и в этом пейзаже было что-то тревожное, почти зловещее.

Алисия подошла ближе.

Картина висела неровно — чуть наклонена вправо, будто кто-то недавно трогал ее, вешал обратно второпях. Она подняла руку, коснулась рамы — и почувствовала, как под пальцами что-то щелкнуло.

Рама отодвинулась от стены.

Алисия замерла. Сердце колотилось где-то в горле, и она чувствовала, как кровь стучит в висках. Она потянула раму на себя — картина отъехала в сторону, открывая то, что было за ней.

Маленькая ниша.

В нише, на бархатной подушке, висел ключ.

Он был маленьким, серебряным, с замысловатой головкой в виде трех лилий, перевитых терниями. Тот самый ключ. Ключ от шкатулки. Ключ, который они искали.

Алисия протянула руку.

Пальцы уже почти коснулись металла, когда она увидела нити сигнализации. И тут же услышала шаги в коридоре. Тяжелые, уверенные, приближающиеся.

Кто-то шел к кабинету.

Алисия отдернула руку.

Она быстро задвинула картину на место, поправила раму, стараясь, чтобы она висела так же неровно, как и раньше. Потом огляделась — куда спрятаться?

Шкаф. За книжным шкафом была небольшая ниша — туда, если прижаться, можно было втиснуться. Но если секретарь откроет шкаф...

Алисия метнулась к нише, вжалась в нее, затаив дыхание.

Шаги приблизились к двери.

Ручка дернулась.

Секретарь пытался открыть дверь.

Алисия зажмурилась, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Проклятая дверь, — пробормотал секретарь за дверью. — Вечно заедает.

Он дернул ручку сильнее. Дверь жалобно скрипнула, но не открылась — засов, который Алисия случайно задвинула, когда закрывала дверь, держал крепко.

— Ну и черт с тобой, — сказал секретарь. — Позову подмогу.

Шаги начали удаляться.

Алисия выдохнула — тихо, почти беззвучно, — и прижалась лбом к холодной стене. Плечо болело — пульсирующей, ноющей болью, которая напоминала о себе при каждом ударе сердца. Лекарство, которое дал врач, еще действовало, но его действие слабело с каждой минутой.