Книга Черная метка для графини, страница 47 – Ольга Баринова

— Что за сделка? И при чем здесь моя семья? — спросила Алисия.

— Не все так просто, — герцог покачал головой. — Документы, которые могли бы все объяснить, исчезли. Часть уничтожили, часть спрятали. Моя семья искала их веками. Ваша — хранила.

Они подошли к главным воротам — огромным, дубовым, окованным железом. Ворота были закрыты, но в калитке, маленькой и узкой, виднелся проход.

— Здесь, — герцог толкнул калитку, и она со скрипом отворилась. — Прошу.

Внутренний двор крепости зарос травой. Посередине стоял старый каменный колодец. В углу, у самой стены, виднелись остатки каменного алтаря — плита, на которой когда-то приносили жертвы, с едва заметными темными пятнами, которые могли быть кровью.

Алисия подошла к алтарю, провела рукой по холодному камню.

— Здесь приносили жертвы? — спросила она, не оборачиваясь.

— Да, — голос герцога прозвучал за ее спиной — слишком близко. — Ваши предки верили, что кровь питает артефакт. Что без нее он теряет силу.

— А что потом? — Алисия повернулась к нему. — Что случилось с артефактом?

— Ваш отец спрятал его, — герцог сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. — Он знал, где он находится. И он унес эту тайну с собой в могилу. Но он оставил вам шкатулку. И ключ от нее.

Герцог подвел Алисию к алтарю.

— Ваш отец знал эту тайну, — сказал он. — Он знал, где спрятан артефакт. И он унес эту тайну с собой в могилу. Но он оставил вам шкатулку. И ключ от нее.

Алисия почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Откуда вы знаете о шкатулке? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Мои люди обыскали ваш дом после смерти отца, — ответил герцог, и в голосе его не было стыда — только холодная констатация факта. — Шкатулка исчезла. Мы поняли, что она у вас. Или у вашей сестры.

— Вы искали ее. Вы рылись в моем доме. В доме, где я спала, где росла, где… — она замолчала, сжав кулаки.

— Я ищу ее до сих пор, — признал герцог без капли раскаяния. — Но теперь… теперь я хочу, чтобы мы нашли ее вместе.

Он повернулся к ней, и в его глазах — темных, глубоких — горел огонь.

— Я не хочу враждовать с вами, баронесса, — сказал он. — Я хочу, чтобы вы стали моей женой. Не только из-за артефакта. А потому что… — он запнулся, будто слова давались с трудом, — потому что с вами я чувствую себя живым. Впервые за много лет.

Алисия смотрела на него, и волна гнева поднималась в ее душе. Она чувствовала жар его тела, слышала его дыхание, видела, как бьется жилка на его виске. И в то же время перед глазами стояли другие картины: образы родителей, погибших по вине Монфоров, дети в подвале — бледные, голодные, с перевязанными ранами. Записка Томми. Разговор с Маргарет о перевороте. Планы оружия, которые герцог строил тайно, обманывая всех…

Она ничего не сказала вслух.

Вместо этого она понимающе улыбнулась и сказала:

— Расскажите мне все, герцог.

Герцог кивнул, и в его глазах мелькнула надежда.

— Пойдемте, — сказал он. — это надо увидеть своими глазами.

Они миновали внутренний двор и углубились в северную башню — ту, что сохранилась лучше других. Внутри пахло известняком, плесенью и чем-то еще — тяжелым, металлическим, тревожным. Стук их шагов гулко разносился под сводами, и Алисии казалось, будто кто-то невидимый следует за ними по пятам, дышит в затылок, ждет.